— Если б ты знала, — продолжал Алексей Семенович, повалясь в вольтеровские кресла, — какие были со мною приключения! Представь себе: только я приехал в клуб, стал скидать шубу, хвать — поздравляю! — и кошелек и книжку с деньгами, все забыл дома! Что будешь делать? Скорей назад!.. Откуда ни возьмись, приятель ваш, барон Брокен. «Куда?.. Зачем? Помилуйте! Да на что вам деньги? Берите у меня, сколько вам угодно». Ты знаешь, мой друг, что я этого терпеть не могу. Я отказался, барон стал меня уговаривать, а там заговорил о том, о сем, слово за слово, да продержал меня с полчаса в передней. Умный человек этот барон — очень умный, а такой болтун, что не приведи господи! Уж он меня маял, маял, насилу вырвался! Лишь только я вышел на улицу, вдруг из переулка какой-то сорванец на лихой тройке шмыг прямо на возок! Его пристяжная попала между моих коренных, мои лошади начали бить, его также, а там уже я ничего и невзвидел, знаю только, что очутился на Дмитровке и что мой возок лежит на боку. Я кое-как из него выполз… глядь: господи боже мой! — упряжь перепутана, дышло пополам, человека нет, кучер бежит позади, один форейтор усидел на лошади! Что делать? Дожидаться долго, дай возьму извозчика. Как на смех, ни одного! Авось встречу какого-нибудь Ваньку… Иду — нет как нет! Ну, словно сговорились! Поверишь ли, вплоть до дому все шел пешком, да уж зато как и передрог! Холод, ветер, эта дурацкая медвежья шуба запахнуться не хочет, топырится в стороны — смерть, да и только! Ах, матушка, скорей чаю! Бога ради, скорей! Дай душу отвести!
— Сейчас подадут, — сказала Надина, — а ты меж тем сядь поближе к камину — вот так! Бедняжка! В самом деле, как он озяб!..
Через несколько минут подали чай, и, когда Днепровский совсем обогрелся, Надина спросила, не прикажет ли он заложить сани или другую карету?
— Нет, моя душа! — вскричал хозяин. — Теперь ни за что не поеду. Ты не можешь вообразить, какая погода. Пусть себе князь Андрей Ильич играет с кем хочет, а я слуга покорный!.. Постой!.. Мне кажется, я слышу голос барона?.. Что это ему вздумалось?
Днепровский не ошибся: это точно был барон.
— Что с вами сделалось, Алексей Семенович? — сказал он, войдя в комнату. — Поехали на минуту и вовсе пропали. Уж не вы ли, Надежда Васильевна?
— Нет, барон, — прервал хозяин, — я сам не хочу ехать, меня разбили лошади.
— Что вы говорите?.. Однако ж вы не ушиблись.
— Слава богу, нет, но так прозяб, так устал, идучи пешком домой, что теперь ни за какие блага в мире не тронусь из комнаты.
— А ведь я к вам послом: князь Андрей Ильич…