— А по-твоему, они доказывают противное? — сказал с усмешкою князь.
— Как, Двинский!.. А старик, которого при мне вы лечил?..
— Мастерски притворился больным, — прервал князь.
— А это бедное семейство?..
— Славно сыграло свою роль.
— А кавалер Габриелли?..
— Которого убили лошади?
— Ну, да! Ты, верно, скажешь, что и он был в заговоре, потому что Калиостро предузнал его смерть?
— Случай, мой друг, и больше ничего. Разве нельзя было лошадям понести, изломать коляску, убить кучера и седока? Все это могло случиться самым естественным образом, и, надобно признаться, случилось очень кстати, чтоб оправдать дичь, которую порол себе этот архишарлатан Калиостро. Да что ж ты, любезный друг, ведь ты обещался доказать не словами, а самым делом, что я напрасно не верю твоим мистическим бредням, а вместо этого вот уже целый час ты рассказываешь нам сказки.
— Хочешь, князь, слушать, так слушай! А не хочешь!..