Театр представляет ярмарку; впереди сцены крестьяне пьют около стола и поют хором круговую; по окончании хора выходят с правой стороны: Затейкин и Простофилин.
Простофилин. Ах, Боже мой! Да что это вы ко мне привязались?
Затейкин. Как что? Послушай, брат, я тебе говорю: не отбивай у меня невесты, а то быть худу. Ведь я не даром же служил сержантом — я человек горячий.
Простофилин. Ах, батюшки светы! да почему же мне не свататься за Любушку?
Затейкин. А потому, что я хочу на ней жениться — ну, понимаешь ли ты, дурацкая чучела! (Приступает к нему).
Простофилин. Прошу подальше — не так чтоб очень, так-с — я горло-то драть и сам умею.
Затейкин. Ах ты, образина! — ну тебе ли недорослю хвататься с гвардейским сержантом.
Простофилин. То-то же, — прошу не лаяться.
Затейкин. Прошу покорно! да он никак хорохорится. Послушай, брат: не знаю, много ли тебя в земле-то, а на земле немного: ведь я разом...
Простофилин (остервенясь). Ну, что — что! Ан лих не боюсь тебя! давай что ль, хоть за святые.