Затейкин. Постой, постой, — вот я тебя, конопляник.
(Хотят драться. Еремеевна подходит сзади и разнимает их.)
Еремеевна. Что вы, что вы, господа честные, в уме ли, драться. (К Затейкину). И, батюшка Николай Назарыч, человек ты, отец мой, военный, а связываешься с недорослем.
Затейкин. Правда твоя, Еремеевна, — нашему брату нечего тут и рук марать.
Еремеевна (к Простофилину). Ну, подумай сам, родной, — человек ты смирный, а связываешься с таким сорванцом, — рассуди сам, что скажут добрые люди?
Простофилин. Дело, бабушка! Мне стыдно и говорить с таким буяном.
Затейкин. Послушай-ка, Еремеевна, — что ж, когда моя свадьба с Любушкою?
Еремеевна. Положись на меня, отец мой, — все будет хорошо.
Простофилин. Ну что ж, бабушка, — ты хотела за меня посватать Любовь Гурьевну.
Еремеевна. Небось, мой родимый, — уж половина дела сделана, — послушайте-ка, господа: чем вам ссориться, вы бы лучше повеселили вашу невесту, — дело праздничное, позвали б песенников да плясунов — да и потешили бы всю честную компанию.