— В монахи, что ль пойдешь?..
— В монахи не в монахи, а пудовую свечу поставлю. Не все грешить, Прокофьич; душа надобна.
Тут голоса замолкли. Кирша заметил в плетне небольшое отверстие, сквозь которое можно было рассмотреть все, что происходило на соседнем дворе; он поспешил воспользоваться этим открытием и увидел двух человек, входящих в избу. Один из них показался ему огромного роста, но он не успел рассмотреть его в лицо; а в другом с первого взгляда узнал земского ярыжку, с которым в прошедшую ночь повстречался на постоялом дворе. Открыв столь нечаянным образом, что Юрий должен отправиться по нижегородской дороге, и желая предупредить его о грозящей ему опасности, Кирша решился пуститься наудачу и во что б ни стало отыскать Юрия или Алексея. Но едва он вышел за ворота, как вооруженный дубиною крестьянин заступил ему дорогу.
— Пусти-ка, товарищ! — сказал Кирша, стараясь пройти.
— Не велено пускать, — отвечал крестьянин.
— Не велено! Как так?
— Да так-ста! Не приказано, вот и все тут!
— Не приказано, так не пускай! — сказал Кирша, возвращаясь во двор.
— Да не пройдешь и в задние ворота, — закричал ему вслед крестьянин, — и там приставлен караул.
— Так я здесь в западне! Ах, черт побери! Эй, слушай-ка, дядя, пусти. Мне только пройтись по улице.