— Правда ли, что он молодчина собою? — спросил стрелец.
— Какой молодчина!.. Ни дать ни взять польский жид. Вот второй гетман его войска, пан Лисовский, так нечего сказать — удалая голова!
— Лисовский! — вскричал купец. — Этот злодей!.. душегубец!..
— Да, хозяин, где он пройдет с своими сорванцами, там хоть шаром покати! — все чисто: ни кола ни двора. Но зато на схватке всегда первый и готов за последнего из своих налетов сам лечь головою — лихой наездник!
— Так ты его знаешь? — спросил купец.
— Как не знать! Дай-ка, хозяин, еще стаканчик… За твое здоровье!..
— Говорят, у этого Лисовского, — сказал купец, спрятав за пазуху свою фляжку, — такое демонское лицо, что он и на человека не походит.
— Да, он не красив собою, — продолжал Кирша. — Я знаю только одного удальца, у которого лицо смуглее и усы чернее, чем у пана Лисовского. Прежде этого молодца не меньше Лисовского боялись…
— А теперь? — спросил купец.
— Теперь он, чай, шатается по лесу и страшен только для вашей братьи купцов.