Незнакомая девица открыла глаза и, посмотрев вокруг себя, устремила неподвижный и спокойный взор на Юрия.
— Ну вот! ведь я говорил, что очнется! — сказал хладнокровно Бычура.
— Анастасья!.. — вскричал, наконец, Милославский.
— Опять он!.. — шепнула Анастасья, закрыв рукою глаза свои. — Ах, я все еще сплю!
— О, если б это был сон!.. Анастасья!..
— Боже мой! Боже мой!.. так!.. я не сплю!.. это он!.. Но зачем мы здесь… вместе с этими палачами?.. Ах! я сейчас была в Москве… ты был один со мною… а теперь!..
— Ба, ба, ба!.. так ты ее знаешь, боярин? — спросил Бычура.
— Да, добрые люди! — подхватил Юрий. — Вы ошибаетесь, она не дочь Шалонского.
— Как так?
— И я так же думаю, ребята! — сказал священник. — Я видал боярина Шалонского: она вовсе на него не походит.