— Бедность — это уже верно, — проговорил и сборщик. — Взять да продать туг совсем нечего. Одни лохмотья. По миру ходят.
— Знаем эти разговоры, — сказал податной. — Иди покажи сундуки.
— Можно, — засуетился отец. — Мать, иди покажи пм сундук.
— Чего в сундуке‑то! — совсем опавшим голосом сказала мать. — Нет там ничего.
— Иди, баба, иди! — прикрикнул староста. — Раз велят, надо.
Они вышли из избы, направились в нашу худую мазанку. Скоро вернулись оттуда с пустыми руками. Я спрыгнул с кутника, подбежал к окну. Вот они прошли мимо. Повернут к амбару или пойдут к Ивану Беспятому? Сзади плетется отец.
Входит мать. Она слова сказать не в силах.
— Совсем ушли?
— В амбар черт понес. Гляди, последний хлеб выгребут.
— А ты ступай и не давай.