— Перевязал, что ль? — спросил он. — Ехать надо.
Вопрос его ошеломил меня. Оказывается, он ждет.
Ну, нет!
— Видишь ли, Игнат, перевязку сделать — не папироску выкурить. Без горячей воды не обойдешься. Рана открытая. Мало ли в нее пыли может набиться! Антонов огонь прикинется…
— Не дай бог, — перебил он, не дослушав.
— То‑то. Самовар я уже заказал. Слезай, чайку попьем и руку перевяжу.
Он нехотя слез с телеги и пошел за мной. Мы уже дошли до крыльца, как вдруг он спохватился и во всю мочь побежал к телеге. Обратно вернулся, тяжело дыша.
— Чуть–чуть не забыл, — показал он мешок с деньгами. — Вот бы тюрьма где.
«Ага, вон что нагоняет на него страх». Полушепотом говорю:
— Хозяйка невзначай промолвилась. Слышь, дезертиры пошаливают в долке. Как спустишься от барского имения к кустам, они тут как тут.