32
С фронта почти каждый день прибывали солдаты. Редкий без какого‑либо оружия. Несли винтовки, как дубинки, на плече, повесив на них вещевой мешок. У иных — шашки, револьверы. Два матроса пришли — на них крест–накрест пулеметные ленты, за поясом гранаты. Так и ходили по селу во всеоружии.
Как‑то, словно сговорившись, заявилось сразу человек десять. С ними и мой брат Васька. Он тоже принес винтовку.
— Эсером пришел или большевиком?
— Раз винтовка со штыком, стало быть, большевиком, — ответил шутливо брат, ставя винтовку за голландку. — Пригодится? — спросил он меня.
— Конечно, нес не зря. Но повоевал ты все‑таки мало.
— Надо будет — добавлю, — ухмыльнулся он и вскинул головой, забыв, что чуба‑то у него нет. — А ты все пишешь? — посмотрел на бумаги.
— Мое дело такое. Скоро новую власть выбирать будем, — и я даю ему список.
Брат читает, потом смотрит на меня.
— Учредилку?