— А Шура что? Не вернулся еще?
Все уже сидели за столом. Дядя Коля, кашевар, высокий, сухощавый, с небритой седой щетиной на длинном лице, разливал кипяток по кружкам. В дальнем конце землянки, там, где ступени круто поднимались вверх, показалась вихрастая мальчишеская голова. Обрызганное дождем лицо сияло.
Шуру окружили.
— Где пропадал?
— У немцев в плену, что ли, был?
— Ведь трое суток…
Молча, с торжественной улыбкой Шура положил перед командиром две винтовки, около десятка гранат и, схватив на ходу ломоть хлеба, побежал к выходу.
— Куда ты? Постой!
Но его уже не было в землянке. Минуту спустя он притащил целый ящик патронов.
— А ты говоришь, молод в самостоятельные разведки ходить, — подмигнул Тетерчеву Макеев. — Где же ты все это раздобыл, Шурка?