— С ума ты сошел! — проворчал Ильичев, прикидываясь сердитым. — Какие ж это колхозники с шашками на огород ездят? Вот застукают нас немцы и пустят в расход.
— А какие это партизаны без оружия ходят! — с запалом перебил Шура.
— Ну, давай, давай! — торопил Ильичев. — Препираться некогда.
Они принялись за работу. Острые лезвия шашек, с хрустом впиваясь в крепкие кочаны, срезывали их начисто.
Шура рубил с остервенением. Направо и налево от него вырастали груды капусты.
— Фашистские бы головы так… — Глаза его сверкали ненавистью, щеки разгорелись. Ильичев едва поспевал за ним собирать кочаны в мешок и высыпать на телегу.
Тучи рассеялись. Отточенные клинки шашек серебром сверкали на солнце.
Ильичев разогнул спину и вытер рукавом вспотевший лоб.
— Хватит. Гляди, телега чуть не с верхом полная.
— Ни одного кочана гадам не оставлю, — процедил сквозь зубы Шура, еще яростнее круша капустные головы.