Абрамов наблюдал эту сцену и словно сам испытывал физическую боль.

— Почему вам никто не помогает? — спросил он.

— Товарищи пробовали помочь, — ответил Козлов, — но получается дольше. И вообще… потом кое-что приходится переделывать, а тут и так некогда…

«Какое это счастье, — подумал Абрамов, — что в экспедиции участвуют эти опытные механики, заводские люди. Что бы мы делали без них в таком походе?»

— Послушайте, — вдруг сказал он. — Зачем же инструменту мерзнуть? Давайте бросим его в костер, пусть греется.

Козлов обернулся и поглядел на него с недоумением, но потом сказал: «Правильно»!

Гаечные и торцевые ключи, отвертки, плоскогубцы сунули в огонь по краям костра.

— Так! — сказал Абрамов, подождал немного, пока инструмент нагрелся, затем выхватил из огня нагретый ключ и быстро подал его Козлову: — Бери, Василий Сергеевич!

Ключ некоторое время хранил в себе тепло и согревал руку. Затем из костра выхватывали другой ключ и подавали взамен остывшего.

Работать стало легче, и хотя попрежнему деревенели от мороза руки, каждый работал значительно дольше.