— В час добрый, товарищи! Успеха вам! Возвращайтесь здоровыми и с победой! — кричали вдогонку жители поселка, провожая экспедицию до выхода из Большого Невера.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Сразу за поселком начинались крытые редким кустарником небольшие холмы. Дорога вилась между ними, незаметно поднимаясь вверх. Где-то впереди, на пути экспедиции высился один из труднейших перевалов — Становой хребет.
Несмотря на сравнительно пологий подъем, тяжело груженные машины едва-едва продвигались вперед. Скользкий, плотный, укатанный идущими по тракту автомашинами снег затруднял движение. Пройдя несколько сот метров, тракторы начали буксовать: гусеницы скользили, моторы ревели, тракторы рвались вперед, но, словно сдерживаемые какой-то силой, оставались на месте. Потные, несмотря на сильный мороз, трактористы прилагали все силы, все умение, чтоб сдвинуть сани: лавировали, меняли скорости. Но дело не шло.
Провожавшие экспедицию жители Невера вначале шли рядом с тракторами, смотрели на мытарства трактористов и долго топтались около буксующих машин. Наконец провожавшие замерзли и разошлись по домам. Благо, недалеко пришлось возвращаться: колонна едва отошла от поселка.
— Намаются, горемычные, — жалели жители участников похода.
А некоторые говорили:
— Разве мыслимо на наших путях да с таким грузом. Толковал им Никита Лукич Ивлиев: нельзя, мол, брать с собой столько поклажи. Так нет, свое гнут. Фасону у этих заводских больно много.
Уже и детишки — самые стойкие, самые любопытные зрители — убежали домой поесть и погреться, а колонна все еще топталась невдалеке от Невера. Его деревянные домики были на виду у колонны, и в надвигающемся вечернем сумраке так заманчиво начинали светиться окна.
Вновь и вновь пытались трактористы двигаться вперед. После больших мытарств это в конце концов удавалось, тракторы начинали идти. Но не успевал тракторист хоть немного насладиться равномерным движением, как снова скользили вхолостую гусеницы, снова прерывался ход машин, и все нужно было начинать сначала. Очередность, в которой тракторы должны были следовать, нарушилась. Чья машина не буксовала, тот и шел впереди, обгоняя других. Соколов на своем первом, головном тракторе вместо начала колонны очутился в ее хвосте, затем занял пятое место, потом второе и, наконец, когда уже, казалось, дело наладилось, машина снова остановилась, и Соколов, вне себя от досады, начал бороться с очередной пробуксовкой.