Ведь говорили же в Большом Невере, что зима в Якутии хоть и морозная, но спокойная, без бурь. Правда, предупреждали, что всякое бывает. Наскочит косматая — ну, тогда только держись.
«Неужели все-таки будет буря?» Козлов недоверчиво смотрел по сторонам. Ведь никаких признаков, за исключением вот этих небольших струек снега, бегущих по дороге. Правда, они настойчиво бегут навстречу колонне, их становится все больше…
Быстро темнело, и в свете фар головной машины все чаще начинали появляться маленькие, виляющие снежные гребни. Теперь они уже не перекатывались лениво по дороге, а стремительно скользили вперед, храбро бросаясь под машину, или, обтекая прицепы, скользили дальше. Больше ничего не менялось, и ветра как будто бы не было.
Соколов внимательно всматривался в лежащую перед ним дорогу, время от времени оглядываясь, не оторвался ли он от задних машин. Мороз проникал через доху, все время раскрывавшуюся от движений. Сильно мерзли ноги. Когда Складчиков сообщил, что продолжительность смены устанавливается теперь в 2 часа, Соколов очень обрадовался. Сейчас он сидел рядом с Козловым, настороженно всматривался вперед и прикидывал, сколько ему остается еще до конца дежурства.
Трактор шел ровно, безостановочно — и вдруг забуксовал.
— Эх ты, неприятность какая! — засуетился Соколов.
Сани стояли как вкопанные, и Козлову было совершенно ясно, что силами одной машины их теперь нельзя сдвинуть — незачем и время терять. Заметив остановку первой машины, вся колонна начала подтягиваться вверх; каждый трактор подъезжал к саням идущей перед ним машины и своей гусеницей подпирал их. Причудливой цепочкой стояла колонна тракторов. Магистраль поднималась все круче и круче. На помощь к первой машине уже подходил «выручальный» шестой трактор.
Прямо над дорогой, где, маневрируя, пыхтели два трактора, нависла огромная серая скала. Упади эта глыба вниз — и не стало бы снующих под ней людей, тракторов, грузов.
В воздухе появилась легкая снежная пыльца, порывистый ветер швырял ее людям в лицо.
Два трактора тянули сани первой машины и не могли их сдвинуть. Можно было расцепить два прицепа и каждый поднять на крутизну отдельно, — но во время остановки снова вмерзли бы полозья и, пожалуй, пришлось бы начинать всю работу сначала.