В то же время Андрюша почувствовал, что с него стаскивают сапоги.

— Есть! — послышался крик, и оба пустились улепетывать.

Андрюша вскочил, как встрепанный и помчался в погоню.

Бегать босиком ему было не привыкать стать. Бывало, с алексеевскими ребятами бегали на перегонки во время купанья. Всех обгонял Андрюша.

Но те обтрепыши были тоже мастера бегать.

Они неслись по темному бульвару, задевая ругавшихся прохожих, но Андрюша, однако, настигал их. Он думал только о том, чтоб вернуть свои сапоги, и не бежал, а летел, как ветер.

Цап!

Он схватил мальчишку за дырявый пиджачишко, и они оба полетели на землю. Андрюша подмял противника под себя, но другой сверху душил его, засунув руку между воротом и шеей. Андрюша брякнулся, и тот полетел и брякнулся оземь, а Андрюша тузил почем зря лежавшего под ним.

— Отдавай сапоги, — кричал он, — убью.