Опять другой мальчик схватил его за шиворот, но Андрюша вскочил и наотмашь саданул его так, что тот снова брякнулся. Один сапог полетел на песок. Андрюша наступил на него ногою и рванул другой.
Теперь оба мальчика висели на нем, но Андрюша лупил их, изворачиваясь от их ударов и, наконец, выхватив второй сапог, подножкою сшиб с ног наиболее упорного.
Кто-то свистнул в темноте, и оборвыши убежали.
Андрюша подошел к скамейке, сел и, задыхаясь от борьбы и от волнения, принялся напяливать сапоги.
— Ловко, молодой человек, ловко, — одобрительно сказал какой-то человек, сидевший на скамейке, — очень ловко.
— Ведь вот как уцепились, — отвечал Андрюша, радуясь, что есть с кем отвести душу, — просто, как кошки лихие… Понравились им сапоги мои… Ах, дуй их горой!
— Деревенский, что ли?
— Нет. Из города Алексеевска.
— Есть такой город. Зачем сюда пожаловал?
— На должность. Отец послал.