— Не слыхали, говорят, большевики уж несколько домов в Москве захватили и перебили всех жильцов буржуазного происхождения?
Иван Григорьевич только открыл рот, чтобы ответить, как вдруг мимо них пронесся открытый автомобиль, за которым на некотором расстоянии мчался другой. Во втором автомобиле внезапно сверкнул огонь и прогремел выстрел. Из первого автомобиля ответили тем же.
— Видите, видите, — испуганно зашептал худой мужчина, — что-то ужасное начинается.
Автомобили, продолжая перестрелку, с грохотом пронеслись по пустынным улицам.
Внезапно, где-то совсем близко загрохотали ружейные выстрелы. Какая-то женщина с криком:
— Батюшки, убьют! — бросилась бежать по переулку.
Где-то затрещал пулемет. Люди теперь уже не шли, а бежали по улице с испуганными лицами.
— Ну, брат, — сказал Васе Иван Григорьевич, — кажется, довольно погуляли, айда домой!
И они бегом бросились по направлению в дому.
А пока они бежали, выстрелы становились все чаще и чаще, грохотали со всех сторон, и внезапно среди дробной ружейной пальбы где-то глухо прогрохотала пушка.