– Ладно, – сказал он, покончив с чтением. – Для некоей миссии, непосредственно затрагивающей интересы Церкви, мне нужны два здравомыслящих, смелых и понятливых человека. Меня уверяют, что вы обладаете такими качествами, братья мои…
– Deo gratias! [Благодаря Богу! (лат.)] – пробормотали оба монаха, кланяясь настолько низко, насколько им позволяли округлые животы.
Лойола поднялся и в задумчивости прошелся по комнате. Потом остановился перед монахами.
– Знаете ли вы, – вдруг спросил он, – что во славу Господа и в Его интересах разрешено лгать?
Брат Любен и брат Тибо испуганно переглянулись, словно спрашивая себя, не проверка ли это, не в ловушку ли заманивает их преподобный отец.
– Нет, досточтимый отче, мы еще не знаем об этом! – ответил на всякий случай брат Любен.
– Прекрасно! Теперь вы будете это знать. И запомните: ни одно деяние не подлежит осуждению, если оно совершается во благо Церкви и во славу Господа!.. Повторяю: любое деяние, включая кражу и даже убийство…
Ошеломление монахов сменилось ужасом, а Лойола продолжал:
– Это надо знать! Всё разрешено, всё законно, всё хорошо, если ведет к торжеству Иисуса Христа и Девы Марии. Все средства хороши, если они ведут к желанной цели. Вы согласны, братья мои?..
– Согласны, досточтимый отче, – пробормотали испуганные монахи.