– Люблю тебя! – шептал он, нервно сжимая ее в своих объятиях.
– Люблю тебя! – отвечала она, охваченная сладострастной дрожью.
Глаза их закрылись в экстазе.
Разбушевавшееся неистовство страсти овладело ими.
– Будь моей! – страстно шептал Манфред.
– Да! Твоей! Твоей! – изнемогая, отвечала она.
Но внезапно, когда он еще сильнее сжал ее в объятиях, когда она, изнемогшая, готова была отдать всю себя, Мадлен своими слабыми руками оттолкнула Манфреда от себя, хриплый крик, полный безнадежного отчаяния, вырвался из ее груди.
– Уходи! Уходи!
– Уходить! – дико оскалился Манфред. – Да ты с ума сошла!.. Ты моя!
– Никогда!.. О, как я несчастна!