- Ладно, не кори ты его, - примирительно увещевал дед. Он протянул Пташке на прощанье руку: - Прощай, путник! Жаль с тобой расставаться, да у каждого человека своя дорога.
- А вы когда поедете, дедушка? - спросил Пташка: ему тоже было жаль оставлять старика.
- Будет и нам путь, - сказал дед.
Мотор зашумел, полуторка тронулась. Туман стоял на дороге и недоуменно смотрел им вслед. Казалось, махни Пташка рукой, и собака понесется к нему что есть духу.
- Где же дядя Федя? - спросил Пташка, когда они уже неслись по шоссе.
- А вот подожди - задаст он тебе за твои проделки! - уклончиво сказал Григорий.
Полуторка свернула с дороги и прямо через степь, покачиваясь на буграх, подошла к подножию земляной горы.
Экскаватор стоял тут на самом краю глубокого ущелья, очевидно вырытого им самим. Громадная трубчатая стрела, от которой, как от корабельной мачты, тянулись во все стороны стальные тросы, простиралась в самое небо. Сверху свисал на двух стальных канатах железный ковш величиной с кузов большого грузовика.
На одном из бортов экскаватора была укреплена кабина, напоминавшая капитанскую рубку.
Вдруг стеклянная рама кабины приподнялась и оттуда высунулся по пояс дядя Федя.