— Александр Фёдорович, выдь-ка на минутку. Два жеребёнка потерялись…
Некоторое время механик напрасно крутит картину. Её не смотрят. Все взволнованы известием. С места поднимается Александр Фёдорович, спешит выйти Прасковья Ивановна; следом за ними покидает клуб ещё кто-то. Все идут в правление колхоза. Сзади плетётся виновник пропажи жеребят — какой-то нескладный парень. И все молчат.
В правлении Федосеев включает свет и не совсем дружески говорит Прасковье Ивановне:
— Вот тебе и наряд в кино. Тимошка не упустил бы.
На некоторое время вновь водворяется тишина, а потом уже спокойно начинают обсуждать, где могут быть жеребята и как их лучше найти. Ночью искать бесполезно. Мимо пройдёшь — не заметишь. На всякий случай посылают скотника в сельсовет — позвонить в милицию и предупредить о пропаже.
Время незаметно приближается к полуночи. Уже не стучит в ночной тиши движок, закончилось кино, умолкла деревня. Неожиданно под окном раздаются чьи-то шаги. В правление вбегает мать Тимоши. Её лицо взволновано, глаза кого-то ищут.
— Тимошки моего тут нет?
— Он в кино был, — отвечает Прасковья Ивановна. — Нет ли у ребят?
— Нигде нет.
— Искать надо мальца, — с трудом сдерживая волнение, говорит Прасковья Ивановна.