Мы с Пижоном вскочили, чтобы помочь товарищам. Но прежде чем мы успели добежать до места действия, схватка уже кончилась. Человек двадцать японцев схватили нападающих, повалили их на землю и скрутили их веревками.
Впрочем, железные пальцы Кеога успели сделать свое дело: к пяти американским трупам присоединился труп задушенного им японца с почерневшим лицом…
Затем последовала свирепая сцена.
Вами обратился к Лаглэву:
— Ты хотел выдать нас американцам. Не отпирайся: я слышал ваш разговор в Санта-Крус. Я знаю, зачем ты послал гонца в Алгалуэлу. Но он недалеко ушел, твой гонец. Ты рассчитывал получить награду — отлично, мы сейчас пошлем тебя и твоих товарищей за наградой вместе с этим американцем.
— Что касается до этих господ, — прибавил он, взглянув на меня и Пижона, — то я обещал им, что они своими глазами увидят наше превосходство над белыми, — и сдержу обещание.
По его знаку нам также связали руки.
Вскоре были сколочены шесть деревянных рам. К четырем из них привязали Кеога, Лаглэва и его людей. Затем их спустили на воду и прицепили к рамам разрывные снаряды.
— Течение в этом озере направляется к плотине, — сказал мне Вами. — Оно отнесет туда эти рамы. Тем временем наш товарищ Танака Митеуки — запомните это имя, чтобы сообщить его читателям «2000 года» — отправится туда же в подводной торпеде. Он взорвет плотину внизу, ваши приятели вверху — зрелище будет, надеюсь, достойное вашего пера… Вы увидите его своими глазами, так как отправитесь вслед за этим изобретателем аэропланов…
— Будет болтать, изобретатель плутней, — отозвался Кеог со своего плота. — Кончай хвастать и делай свое дело… Говорил я вам, Лаглэв, что надо было попытаться расправиться с этими канальями самим… Я бы на свой пай взялся придушить штук пять…