— Нужно, во что бы то ни стало. Через две минуты будет поздно. Сейчас мы пройдем мимо судна.
— Уцепимся все трое за разрывную веревку, — предложил я. — Может быть, удастся.
Мы ухватились за веревку, налегли изо всех сил — нет, не поддается.
— Еще раз, — крикнул Марсель. — Постойте… Беритесь крепче и разом, по команде: раз! два! три!..
Наконец-то! Раздался сухой треск, материя лопнула — и секунду спустя мы были уже в воде, в каких-нибудь десяти метрах от судна. Не теряя времени, мы пустились к судну и не без труда вскарабкались на палубу в тот самый момент, когда солнце опустилось в море.
Остатки «Южного» колыхались на поверхности воды в десяти метрах от судна. Заметив на палубе канат. Вами схватил его конец, кинулся опять в море и вскарабкался на ящик с «бертлотками». Мы поспешили притянуть его обратно к судну — не без тревоги, так как я заметил акул поблизости от остатков «Южного».
Спустя несколько мгновений, гондола и оболочка, наполнившись водой, погрузились в море.
Итак около пяти часов вечера 7 октября (по нашему расчету: на самом деле, как мы узнали позднее, было уже 8 октября) аэрокар «Южный» редакции «2000 года» перестал существовать.
Из его экипажа оставались в живых только три человека — на полуразрушенном судне, игрушке ветра и морских течений. Зловещее впечатление произвела на меня эта немая развалина — точно гроб, потерявший своего обитателя. Как бы то ни было, не одни же брошенные суда плавают по океану; почему бы нам не встретить и судна с экипажем, который подаст нам помощь…
Мы осмотрели палубу, потом — насколько могли — внутреннюю часть. В каюте капитана мы нашли запас одежды и с удовольствием переменили наше промокшее платье. Нашлись и сигары, и спички, и съестные припасы — впрочем, в нашем ящике был запас бертлоток, которого хватило бы на месяц для десяти человек. Однако, к нашему сожалению, на судне не оказалось корабельного журнала, который дал бы нам указания относительно нашего местонахождения. Как видно, покидая судно, капитан взял документы с собой.