Остальные все выразили желание идти купаться. Дядя Масперо предложил свои услуги по уходу за больными, но все решительно запротестовали, и было решено бросить жребий, кому остаться. Жребий достался Коле Сабурову.
— Ребята, рубашки долой. Остаться в трусиках, — отдал приказание вожатый Сережа.
Все охотно повиновались и даже дядя Масперо обнажился до пояса.
Вышли и… новое дело.
У самого входа лежали ниц старый Пинем, старая Хити и Фоше и жалобно о чем-то умоляли, простирая к ребятам руки.
Дядя Масперо наклонился над ними и сказал потом улыбаясь ребятам:
— Они просят, чтобы «добрые волшебники», владыки мертвого огня, не разгневались и покинули их хижину.
Они боятся, что несчастья посыплются на их голову… что они жили до этого тихо и мирно, повиновались богу и фараону, усердно приносили жертвы и угождали жрецам.
— Дядя Масперо, — сказал за всех Сережа Ступин, — скажите им, что все это они напрасно делали, что надо было не это делать, что мы желаем им добра. Пусть они нас не боятся. Мы научим их, что надо делать, чтобы всем рабочим и крестьянам Египта легче жилось…
Да скажите еще, что мы не «волшебники» (волшебников не бывает), а самые обыкновенные люди, только больше их знающие.