Дар твой почетный, своею рукою исторгну, чтоб знал ты,
Сколь я сильнее тебя, чтобы вперед и другие страшились
Дерзостно мне возражать и со мною надменно равняться».
Так он сказал. Закипело в косматой груди Ахиллеса
Сердце; меж двух волновался он, сильно озлобленный, мыслей:
Острый ли меч от бедра отхватив, сквозь данаев прорваться
Прямо к Атриду и разом его умертвить; иль кипучий
Гнев успокоить и руку свою воздержать от убийства.
Тою порой как рассудком и сердцем он так колебался,
Выхватив меч из ножон в половину великий, слетела