С наледями нам еще предстоит встречаться. В Якутии они нередко достигают огромных размеров. О наледях будет еще разговор…
Собаки почуяли дым. Забыв про усталость, упряжки несутся во весь опор туда, где стоят две яранги.
Вот они, круглые чукотские шатры, дымящиеся, как сопки. Уатагин — хозяин одной из яранг — поясняет нам, что мы выехали на реку Большую (здесь так называют Большую Бараниху). Чукчи рыбачат. На Уатагине нечто вроде пальто, сшитого из двойного меха. Козлиная жидкая бородка вовек не знала бритвы.
Хозяин яранги сообщает нам, что ехать «по чукчам» «три солнца».
Значит, только три дня отделяют нас от границы лесов.
Тогда кончатся ночевки на снегу под открытым небом.
Кончатся заботы о том, где найти топливо для костра.
Через три дня мы — в лесу!
Дети выглядывают из яранг, но дичатся приезжих. Я все же приманиваю их к себе конфетами.
Пока на огне готовится «камитва», прошу каюра отрезать кусок мороженой сырой оленины. Губы к ней примерзают словно к железу. Но чувство голода сильнее боли.