Если бы Амина была здесь, Кинзя нашёл бы себе союзницу, но она доила кобыл — её не было в коше.
Кинзя забормотал, тормоша Салавата и не давая ему спать:
— Салават, солдаты, солдаты! Все знают, что ты не велел давать лошадей и увёл народ в горы…
— Я готов! — внезапно вскочив, выкрикнул Салават. — Где солдаты?
— У твоего отца.
— Бери Амину, вези скорей к матери, — приказал Салават, роясь уже в большом сундуке.
— Чего ищешь? Боги скорей. Беги в чём есть, я тебе привезу все, куда ты укажешь, — твердил в тревоге Кинзя.
Он волновался за друга больше, чем сам Салават за себя.
— Что я, заяц?! — сказал Салават. — Довольно уж бегал.
Он вынул со дна сундука кольчугу и мигом её натянул на себя. Он приготовил сукмар и кинжал, лук, и стрелы, и боевой топор.