— Ведь вона как лепит! Ты так-то собьёшься с пути. Я тебя с фонарём провожу, — настойчиво предлагал хозяин.
— Да, батюшка, я и сама! Ведь путь недалёкий, — готовно сказала Оксана, — а я посижу у Машутки, оттоле меня проводят.
— Ну, сойди, что ли, ты, — согласился кузнец.
Девушка мигом оделась, взяла фонарь. Во дворе под навесом она отвязала коней Салавата, вышла за ворота.
— Ну, ты, девка, прощай! Не ходи провожать-то. Я сам, — сказал Салават и, живо взлетев на седло, круто поворотил коня в поле.
— Стой! Стой! Не туды! Скуломордый, куды ты попёрся?! — отчаянно закричала Оксана, схватив под уздцы заводную лошадь. — Постой, я словечко скажу.
Салават задержался.
— Нельзя тебе, что ли, к коменданту? — тихо спросила она.
— Значит, нельзя, — так же вполголоса признался ей Салават.
— Куды же ты поедешь-то, глупый?.. Слезай с седла. Я батюшке ничего не скажу, заночуешь. Слезай, говорю!