— Мала-мала жива, — сказал Аллагуват.
— Ну, пускай мала-мала живёт да поджидает. Коли не помрёт — там посмотрим: может, Салавата накажем, а может, и Айтугана-полковника вздёрнем на релю.
Пугачёв приказал готовиться к новому штурму.
Выстрелы в крепости прекратились. Осаждённые, видимо, спохватились, что надо беречь порох.
Пугачевцы решили, по совету Белобородова, применить тот способ, которым одолел Салават Бирскую крепость, — поджечь стены сеном. За сеном отправились в соседние деревни. С десяток первых возов прибыли в лагерь, когда в крепости зазвонили церковные колокола.
— Богу молятся, — заметил один из казаков.
— Супротив нашего не вымолят, — ответил другой. — Они только нашему, а у нас — и нашему, и татарскому, и черемисскому — всяким.
— Ужотко по-другому взмолятся, — поддержали из толпы заводских рабочих.
— Будет им печка, пузырями закипят, — подхватили заводчане, — только шлак поплывёт.
Ворота крепости растворились.