— А ты, Салават?! С кем же останешься ты? Один?
— Я — Салават. Я не могу быть один. Со мной всегда песня. Моё имя летит на крыльях народной славы. Оставь со мной сотню людей, — она станет сотнею тысяч. Люди бегут из деревень и сел, куда приходят солдаты. Собрать этих людей — вот что остаётся… Если уйду я, кто сделает это?
— Я иду с царём, — со вздохом сказал Кинзя, подчиняясь приказу друга.
— Смотри, ему нужны верные люди. Казаки ненадёжны. Ты видел в Берде — они друзья до первой измены… — сказал на прощание Салават.
И Кинзя ушёл с Пугачёвым на правобережье Камы. Аллагуват и Биктемир ушли с ним. Три сотни башкирских воинов остались при раненом Салавате и, уходя обратно в Башкирию, сожгли Осинскую крепость.
Салават выбрал пяток самых верных — трёх башкир и двух черемисов. Оставшись один в глухой лесной чаще, где для него подставили кош, он послал гонца, чтобы привести сторожевой отряд с Уфимской дороги от Бирска, а сам стал разъезжать по деревням, собирая отставших от Пугачёва.
ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Радостные вести текли из-за Камы.
Вырвавшись на закамский простор, Пугачёв снова вздохнул во всю полноту груди. Здесь его ждали. Слухи о нём доходили сюда почти целый год. Сюда богомольные странники и нарочные посланцы доносили его письма, в которых он звал восстать против помещиков и хозяев. Иные бежали отсюда к нему и теперь возвращались с ним вместе…