Они снова бросились другъ другу въ объятія; Маркъ нѣжно обнялъ жену, точно спасая ее отъ невидимаго общаго врага, а Женевьева ощутила давно не испытанное блаженство — она снова нашла тихую пристань, вѣрное убѣжище ото всякаго зла.
Въ эту минуту Луиза, которая ненадолго покинула комнату, вернулась въ сопровожденіи мадемуазель Мазелинъ, которая даже запыхалась отъ радостной торопливости.
— Мама, мадемуазель Мазелинъ тоже должна принять участіе въ нашемъ торжествѣ. Еслибы ты знала, какъ она меня любила и берегла и сколько услугъ намъ оказала!
Женевьева пошла навстрѣчу учительницѣ и нѣжно ее обняла.
— Я знаю, знаю и отъ души благодарю васъ, мой другъ, — сказала она.
Добрая учительница была растрогана до слезъ.
— Не благодарите меня… нѣтъ, нѣтъ! Я должна васъ благодарить за тѣ счастливыя минуты, которыя теперь переживаю.
Сальванъ и Миньо увлеклись общею радостью. Всѣ еще разъ обмѣнялись дружескими рукопожатіями. Среди веселыхъ возгласовъ Сальванъ передалъ мадемуазель Мазелинъ о тѣхъ перемѣнахъ и назначеніяхъ, которыя были подписаны наканунѣ. Женевьева, узнавъ, въ чемъ дѣло, радостно воскликнула:
— Мы вернемся въ Жонвиль! Это правда? Въ чудный Жонвиль, въ этотъ уютный уголокъ, гдѣ мы провели столько счастливыхъ дней! Какъ я рада ояять вернуться туда и начать тамъ мирную жизнь, полную ласки и восторга. Мальбуа невольно меня пугалъ, а въ Жонвиль я поѣду полная надеждъ.
Маркъ былъ одухотворенъ новымъ приливомъ энергіи и воскликнулъ въ порывѣ восторженной радости: