— Теперь я увѣренъ, что меня прогонятъ съ мѣста, и мнѣ придется околѣвать съ голоду на улицѣ.
Маркъ успокоилъ его, обѣщаясь найти ему другое занятіе, послѣ чего поспѣшилъ къ Терезѣ, чтобы успокоить ее добытыми результатами; теперь невинность Франсуа будетъ несомнѣнно доказана. Вотъ уже двѣ недѣли, какъ Тереза проводила дни и ночи у постели Розы, непоколебимая въ своей увѣренности, что мужъ ея не могъ сдѣлать такого гнуснаго поступка; тѣмъ не менѣе сердце ея болѣло и душа страдала отъ неизвѣстности, гдѣ онъ находится, хотя всѣ газеты прокричали объ этомъ случаѣ, и онъ не могъ не знать о несчастіи. Дѣвочка понемногу поправлялась; она вставала съ постели и могла уже шевелить рукой, но Тереза продолжала мучиться, не говоря никому ни слова о своихъ тревогахъ. Почему не возвращался Франсуа? Какъ могъ онъ не интересоваться судьбою Розы? И вотъ, въ ту минуту, когда Маркъ передавалъ ей о своей бесѣдѣ съ Марсулье, у Терезы вырвался радостный крикъ: въ комнату вошелъ Франсуа. Наступила потрясающая сцена; супруги сказали другъ другу лишь нѣсколько словъ, и все разъяснилось.
— Ты не повѣрила, Тереза, что я могъ это сдѣлать?
— Нѣтъ, Франсуа, клянусь тебѣ!
— До сегодняшняго утра я ничего не зналъ; случайно мнѣ попалъ въ руки нумеръ старой газеты, я и началъ читать ее отъ скуки, — я былъ такъ одинокъ и тосковалъ, — и вдругъ я прочелъ ужасную вѣсть и сейчасъ же поспѣшилъ сюда. Какъ здоровье Розы?
— Она поправляется; она тамъ, въ сосѣдней комнатѣ.
Франсуа не посмѣлъ обнять Терезу: она стояла передъ нимъ выпрямившись, гордая, строгая, несмотря на охватившее ее волненіе. Тогда Маркъ подошелъ къ своему внуку и взялъ его за обѣ руки; по блѣдному, печальному лицу, со слѣдами пролитыхъ слезъ, онъ догадался о той драмѣ, которую, вѣроятно, пережилъ несчастный.
— Скажи мнѣ все, мои бѣдный другъ, — проговорилъ Маркъ, пожимая его руки.
Франсуа вполнѣ чистосердечно, въ короткихъ словахъ, разсказалъ о безумномъ увлеченіи, о бѣгствѣ изъ Мальбуа подъ руку съ Колеттой, которая сводила его съ ума. Они скрывались въ Бомонѣ, на окраинѣ города, занявъ комнату, изъ которой рѣдко выходили. Двѣ недѣли прожили они такимъ образомъ, среди постоянныхъ ссоръ, взаимныхъ упрековъ, причемъ Колетта, со свойственною ей горячностью, осыпала его не только оскорбленіями, но и побоями. Наконецъ она внезапно исчезла послѣ бурной сцены, когда чуть не перебила всю мебель о его голову; съ этого дня прошло три недѣли; онъ остался одинъ, въ полномъ отчаяніи, охваченный угрызеніями совѣсти, и никуда не выходилъ, точно заживо похороненный; онъ не смѣлъ вернуться въ Мальбуа, въ домъ жены, которую не переставалъ любить, несмотря на охватившую его горячку страсти.
Пока онъ говорилъ, Тереза стояла отвернувшись, ни однимъ движеніемъ не выдавъ своего волненія; когда онъ кончилъ, она сказала: