— Всѣ объ этомъ говорятъ, сударь. Мясникъ, что живетъ напротивъ, уже побѣжалъ туда, чтобы видѣть, какъ его заберутъ.
Маркъ бросилъ салфетку на столъ, всталъ и вышелъ изъ комнаты, не притронувшись къ куску пирога, который лежалъ у него на тарелкѣ. Дамы очень оскорбились такимъ неприличнымъ поступкомъ. Даже сама Женевьева казалась этимъ недовольной.
— Онъ совсѣмъ съ ума сошелъ, — сухо замѣтила госпожа Дюпаркъ. — Ахъ, моя бѣдная крошка, я давно предвидѣла, что тебѣ предстоятъ непріятности. Гдѣ нѣтъ религіи, — тамъ нѣтъ и счастья.
Очутившись на улицѣ, Маркъ сейчасъ же замѣтилъ, что происходитъ нѣчто необыкновенное. Всѣ торговцы стояли у дверей своихъ лавокъ, люди куда-то бѣжали, раздавались крики, похожіе на дикій и бѣшеный шумъ бури, который все приближался. Маркъ поспѣшно завернулъ въ Короткую улицу, и, замѣтивъ обѣихъ вдовъ Миломъ и ихъ дѣтей у порога лавочки, очевидно, заинтересованныхъ тѣмъ, что происходило, онъ подбѣжалъ къ нимъ, желая хоть отъ нихъ заручиться оправдательнымъ показаніемъ.
— Неужели это правда? — закричалъ онъ имъ. — Господина Симона арестуютъ?
— Да, господинъ Фроманъ, — отвѣтила младшая вдова своимъ тихимъ голосомъ. — Только что проѣхалъ полицейскій комиссаръ.
— И знаете ли что, — продолжала другая вдова рѣшительнымъ голосомъ, посмотрѣвъ Марку прямо въ глаза и какъ бы предупреждая вопросъ, который она прочла въ его глазахъ, — ту пропись, о которой говорилъ Себастіанъ, Викторъ никогда не имѣлъ въ рукахъ. Я спрашивала его и увѣрена, что онъ не лжетъ.
Ребенокъ поднялъ голову и спокойно посмотрѣлъ на Марка наглымъ взоромъ.
— Нѣтъ, я не лгу.
Маркъ почувствовалъ, что сердце его похолодѣло; обернувшись къ младшей вдовѣ, онъ произнесъ: