— Да, видно, что зубы впились въ бумажку… О, это указаніе не поведетъ ни къ чему? мало ли прописей продаютъ въ лавкахъ? литографскій отпечатокъ ничего не доказываетъ… Да, но здѣсь внизу есть какая-то надпись, иниціалы, которыхъ нельзя разобрать.
Отецъ Филибенъ подошелъ, не торопясь.
— Вы говорите: надпись? Мнѣ показалось, что это просто чернильное пятно, которое расплылось отъ слюны…
— Чернильное пятно? Нѣтъ. Здѣсь видны чьи-то иниціалы, но ихъ совершенно нельзя разобрать.
Маркъ замѣтилъ оторванный кусокъ.
— Здѣсь недостаетъ угла. Вѣроятно, онъ откушенъ… Вы нашли этотъ кусочекъ?
Отецъ Филибенъ отвѣтилъ, что не искалъ его. Онъ снова расправилъ газетный листъ и тщательно его осмотрѣлъ, а Миньо сталъ искать кусокъ бумажки на полу. Нигдѣ ничего не нашли. Впрочемъ, этому не придали особеннаго значенія. Маркъ вполнѣ раздѣлялъ мнѣніе духовныхъ отцовъ, что преступникъ испугался криковъ ребенка и задушилъ его, послѣ того, какъ старался заткнуть ему ротъ скомканной бумажкой. Непонятно было, какимъ образомъ вмѣстѣ съ газетнымъ листомъ захваченъ былъ листъ прописей. Номеръ «Маленькаго Бомонца» могъ находиться въ любомъ карманѣ, и въ этомъ не было ничего удивительнаго. Но откуда взялись прописи? Почему ихъ смяли вмѣстѣ съ газетой? Высказывались всевозможныя предположенія; судебной власти предстояло разрѣшить это обстоятельство и раскрыть истину.
Маркъ почувствовалъ дуновеніе грозной бури среди мрака, которымъ была окружена страшная драма.
— Ахъ! — вырвался у него невольный вздохъ. — Какое ужасное чудовище скрывается въ этой злодѣйской драмѣ!
Около окна продолжалъ толпиться народъ; сестры Миломъ прибѣжали изъ своей писчебумажной лавочки, которая находилась по сосѣдству: ихъ привлекла толпа народа. Старшая, госпожа Александръ, была высокая блондинка, очень добродушная; вторая, брюнетка, госпожа Эдуардъ, была также высокаго роста, но совершенно смуглая; онѣ особенно взволновались происшедшимъ, потому что сынъ младшей, Викторъ, посѣщалъ школу братьевъ, между тѣмъ какъ Себастіанъ, сынъ старшей, учился въ школѣ Симона. Онѣ слушали сообщенія учительницы Рузеръ, которая, стоя посреди цѣлой группы любопытныхъ, сообщала разныя подробности въ ожиданіи прибытія мэра и полиціи.