— Скажи мне, по отце или по матеря ты мне приходишься дядей?
— Я брать твоего отца, — отвечал монах после некоторого раздумья.
— Давно ли умерли мои родители и почему ты не хочешь мне открыть, кто они были?
Монах опустил голову на грудь, закрыл глаза и не отвечал ни слова.
— Да скажи что-нибудь, дядя. Порадуй меня в первый раз в жизни. Ты знаешь, что я мало видел и испытал радостей, — настаивал Гриша.
Горькая улыбка пробежала по губам монаха, выражая смешанное чувство нежности и печали. Он протянул к Грише руку и мрачно сказал.
— Знаю, все знаю, любезный Гриша, но не могу еще открыть тебе ни рода, ни имени твоих родителей. Ты еще слишком молодь для этой тайны. И к чему она тебе? Отец твой не существуете, бедную твою мать похитили злодеи и она, хотя и жива, но никогда не осмелится признать тебя своим сыном. Что ж тебе интересного в грустной повести их несчастий? Ты стал бы проливать одни слезы, тогда как память их должна быть отомщена кровью! Я поклялся отомстить и к этой цели веду тебя с малолетства, Но прежде того, как тебе исполнится семнадцать лет, не могу открыть тебе моих намерений, хотя в эти два дня я убедился, что дух отца твоего парить над тобою. Рано и против моей воли вступил ты на кровавое поприще. Быть может было бы лучше, если бы ты третьего дня послушался меня и не ездил с Хованским. Чрез три года, в день трех святителей явись ко мне и я удовлетворю всем твоим вопросам, а теперь, прошу тебя больше ничего не спрашивать у меня.
Крупные капли пота струились по лицу монаха, вызванный сильным душевным волнением, несмотря на свежесть сентябрьской ночи. Этот разговор возбудил в уме Гриши тысячу новых мыслей, но он со вздохом повиновался и замолчал.
На рассвете путники приближались к Москве. Не доезжая до заставы, монах остановил Гришу и приказал ему одному явиться к стрельцам и сказать, что отряд их разбить под Троицким монастырем, а он сам первый сброшен со стены и конечно убить, после чего все начальники стрельцов разбежались.
— Все это, дядя, будет не правда. Зачем же ты учишь меня лгать? Я не хочу грешить.