В это время к островку подъехала лодка из которой вышел молодой офицер и спросил:
— Здесь должен быть русский, который говорить по-шведски. Кто из вас двоих?
— Я! — отвечал Григорий.
— Садись с нами в лодку.
— Зачем? — спросил Григорий.
— Не разговаривай, а делай то, что приказывают.
Гриша взглянул на старца, как бы спрашивая, что ему делать? Но тот кротко и спокойно сказал:
— До свиданья, друг мой! Ступай с Богом.
Гриша сел в лодку и они чрез несколько минуть причалили к берегу Каминкина Тут его ввели в лачужку, где какой то генерал стал его расспрашивать можно ли и где именно провести две галеры из Невы в Фонтанку. На что Гриша отвечал утвердительно. Затем генерал спросил его: откуда он родом, где выучился говорить по шведски и наконец, почему он не на царской службе. На последний вопрос генерала Гриша отвечал, что будучи сыном московского купца, он намерен продолжать торговлю своего отца, а потому и не поступал в службу царскую. Генерал по-видимому поверил словам Гриши и тотчас отправился вместе с ним в лодке к устью Невы. Остановившись за болотистыми кустарниками они увидали два военных корабля, стоявшие у противоположная берега Невы, а вдали виднелась целая эскадра шведских кораблей, которые, по-видимому, боясь мелководья, оставались от двух первых зацелую милю. Высмотрев все это генерал вернулся в Каминкино, а оттуда ночью все. лодки направились вверх по течению Невы и на утро прибыли в русский лагерь под Ниеншанцом. Здесь оставя Гришу под караулом, генерал отправился с донесением о сделанных им разведках.
Спустя час пришли и за Гришей, которого привели в палатке, хотя и несколько большей других, но не отличавшейся от них особым убранством Приведший его, обращаясь в человеку сидевшему за столом сказал: