…База ОПТЭ расположилась высоко над рекой, на высокой скале. Эта скала — первый чусовской боец, который мы видим. Его название — «Собачьи Ребра». Его скалы действительно ребрами, могучими каменными ребрами встали над рекой. На вершину Собачьих Ребер, к базе ОПТЭ, вскинулась бесконечная лестница. Кук, попытавшийся одолеть ее с грузом на плечах, выдохся на половине подъема и тотчас прозвал ее «миокардитной лестницей».
Он был прав, обвиняя ОПТЭ в том, что оно заставляет туристов неоднократно подниматься с тяжелым грузом по 103-м ступенькам.
Погодка не радует, не хочется вылезать. Слева направо: Кук, автор, Раф.
Заказываем двухведерный оптэвский самовар и отправляемся в базу чаепийствовать. За самоваром знакомимся с товарищами по путешествию. Немецкие рабочие с Уралмаша едут по Чусовой по-семейному, с женами. С этой группой туристов мы за все время нашего двенадцатидневного плавания по горной части Чусовой держали тесную связь.
Вечером выхожу на улицу. С высоты Собачьих Ребер гляжу на Чусовую. Внизу дымится первыми туманами теплая, в сумерках васильковая река, лениво плещется в берег тихими, смирными волнами, не спеша перепрыгивая с камешка на камешек на ближнем переборе. Где-же пенистый вал, летящий с глухим ревом и стоном, где бушует разгул могучей стихийной силы? Неужели только в книге?
Да, грозной и страшной бывает Чусовая только весною. А сейчас лето, «межень».
Я поспешно возвращаюсь на базу. Начинает накрапывать дождь.
Второй день
Тяжелые низкие тучи обложили небо, моросит мелкий, совсем осенний дождь. Обреченно поникнув головами, расходимся по койкам. Опять появляется на столе двухведерный оптэвский самовар.