— Спасибо, брат. Давно бы так! По делом мне.
Затем повернулся к барже и, сразу сменив смиренный елейный тон, загромыхал своим басом:
— Управились, молодцы? Айда-те, трогаем. Отдай канаты!
Свернутые канаты грохнулись на палубу. Коломенка, почуяв свободу, вздрогнула всем своим громадным телом, скрипнула о доски пристани и медленно тронулась.
— Клади руль направо! — рявкнул снова Матвей.
— Напра-во! — врастяжку, хором ответили солдаты-рулевые, наваливаясь на рукоять. Нехотя повернулась коломенка кормой к пристани, носом к середине реки. Так, боком, несло ее до стержневой струи, и тогда опять запел лоцман:
— Руль на конь![5]
— На ко-онь! — навалились солдаты. Коломенка, несмотря на свою громоздкую неуклюжесть, легко повернулась, встав вдоль течения, приподнялась носом на волне и всей своей громадой плавно ринулась вперед, забирая ходу. Капралов. — Промашки, гляди, не дай!
6. ЧУСОВАЯ
Свободные от вахты солдаты пели складно и задушевно: