79. В. К. Ернштедту
Царское Село, 4.11.1901
4/XI 1901
Ц. С.
Многоуважаемый Виктор Карлович!
"Ипполит" ожидает своей очереди совершенно готовый. Когда могу я его прислать и могу ли сопроводить небольшим послесловием, имеющим в виду установить правильную (более или менее) точку зрения на это кардинальное произведение Еврипида? Я смотрю на эту пьесу, как на вещь глубоко религиозную1. Между тем за последнее время, под влиянием готовившейся постановки перевода Мережковского2 на Александрийскую сцену, в артистическом и отчасти в литературном мире она, кажется, понимается в смысле апологии другой стороны жизни. Как ни мало я рассчитываю на распространение своих работ, но все же не могу отказаться от желания бороться с предрассудками в области, близкой моему сердцу.
В настоящую минуту я работаю над одной вещью, лишь косвенно относящейся к Еврипиду3, и до декабря ничем другим заняться не могу, но к январю я бы мог дослать Вам и послесловие.
Перевод будет немедленно выслан по первому Вашему требованию.
Напишите откровенно: если Вы досылки послесловия не хотите, я согласен на печатание "Ипполита" без всяких "преди" и "после".
Преданный Вам
И. Аннен<ский>
P. S. Получили ли Вы мой ответ на Ваше письмо4? Я ответил без промедления.
Печатается по тексту автографа, сохранившегося в архиве В. К. Ернштедта (СПбФ АРАН. Ф. 733. Оп. 2. No 15. Л. 31-32). Письмо написано на почтовой бумаге с видами Парижа (Arc de Triomphe).
Впервые опубликовано: Звезда. С. 168.
1 Видимо, речь идет не просто о религиозном, но о протохристи-анском характере трагедии.
Впоследствии, завершая анализ этой трагедии Еврипида и цитируя Мф. 22, 25-30 (см.: КО. С. 396), переводчик так характеризовал автора "Ипполита" и его произведение: "...философ сцены, который создал, т<о> е<сть> пережил и Федру, и Ипполита, и в самом деле был одним из тех немногих эллинов, которые "уготовали путь Господеви",-- только ему грезилось не сентиментальное христианство житий, а мечта и философский идеализм Евангелия. <...>
Уж не это ли высокое представление о небесной жизни, как некое предчувствие, в тумане встает перед нами из трагической гекатомбы "Ипполита"?" (КО. С. 396-397).
Ср. с характеристикой Ипполита в "Лекциях по античной литературе" (ИАД. С. 43; см. прим. 2 к тексту 102).
2 Мережковский Дмитрий Сергеевич (1866-1941) -- поэт, прозаик, переводчик, литературный критик, публицист, общественный деятель, по определению Анненского, "очень почтенный писатель, высокодаровитый" (текст 128 в настоящем издании).
Здесь речь идет о постановке "Ипполита" в переводе Мережковского, премьера которой состоялась осенью 1902 г.
О переводческом соперничестве Анненского и Мережковского, ставшем предметом довольно оживленного публичного обсуждения, и об их отношениях (первое печатное упоминание об их, пусть и неявных, контактах содержится в следующей публикации: Список членов Исторического общества // Историческое обозрение: Сборник Исторического Общества при Императорском С.-Петербургском университете за 1890 г. СПб.: Тип. M. M. Стасюлевича, 1890. Т. 1. Паг. 2. С. 59, 63), см.: ИФА. I. С. 111-113; ИФА. IV. С. 215-225.
Отношения эти быстро приобрели характер стойкого взаимного раздражения и полного неприятия, особенно ярко проявившегося в период театральных постановок еврипидовских "Ифигении в Авлиде" в переводе Анненского и "Ипполита" в переводе Мережковского, свидетельством чему являются не только некоторые письма Анненского к Ернштедту (см. также текст 86), но и письмо Митрофанова от 9 ноября 1902 г., где приведены слова Анненского о Мережковском, который "имел право дурачить публику" и "выйти перед нею зеленым ослом" (РГАЛИ. Ф. 6. Оп. 1. No 353. Л. 7об.), и воспоминания Варнеке (ЛТ. С. 72). В своей публикации, анонсирующей эту постановку Александрийского театра, Анненский был куда более сдержанным (см.: Анненский И. "Ипполит" // С.-Петербургские ведомости. 1902. No 281. 14 (27) окт. С. 2).
Причиной этой сдержанности, отчасти послужило может быть то, что в процессе подготовительной работы над спектаклем Анненскому все же удалось в некоторой мере повлиять на характер трактовки "Ипполита", свидетельством чему является письмо актера, выступавшего в заглавной роли (печатается по автографу: РГАЛИ. Ф. 6. Оп. 1. No 392. Л. 1-1об.):
Кирочная, 32, кв. 62
Глубокоуважаемый
Иннокентий Федорович!
Я очень признателен Вам за любезно присланный труд Ваш "Ипполит". Как знакомство с самим переводом Вашим, так и объяснительная статья сослужили мне весьма серьезную службу при усвоении идеи и красот дивного творения греческого поэта. Тем более кстати получил я Вашу книжку, что кругом меня раздается весьма разноголосный хор суждений и толкований пьесы, а, к моему счастию, у Вас я встретил -- поддержку тому толкованию, которое усвоил я относительно образа Ипполита. -- Я был бы очень счастлив, если бы Вы пожаловали на генеральную репетицию. О дне и часе я сочту долгом Вас известить, если Вы этого пожелаете.
Примите выражение моей искренней благодарности за Вашу любезность.
Уважающий Вас
Юр. Юрьев
6 октября < 1902 г.>
3 Речь идет о трагедии "Царь Иксион" (см. прим. 2 к тексту 80), о связи которой с еврипидовским "Иксионом" сам Анненский говорил во вводной заметке "Вместо предисловия" (см.: СТ. С. 348).
4 Речь идет, очевидно, о несохранившемся письме.