ГИМНАЗИЯ

Мировою пустыней стоит гимназический мир --

-- классы, классы, уроки, --

-- до, ре, ми, фа, соль, --

-- если влить в ряд уроков пульс времени, самое время уроков бежит музыкальною гаммой; и нотными знаками строятся формулы алгебры: в образ из родины... Но --

-- бессмыслица слов и твердимых задач превращает меня в идиота; и градом из формул меня побивают; и осыпают десятками "Cum" (temporale, causale, inversum) {"Вместе" (временной, причинный, инверсия) (лат.).} и -- до сих пор помню я:

"Panis, pascis, crinis, finis",

"Ignis, lapis, pulvis, cinis"*.

* Хлеб, пастись, волос, конец, огонь, камень, пыль, пепел (лат.).

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Первый год гимназической жизни проходит в усилии внятно связать это все; и часы, как булыжники, падают, падают, падают; я -- побиваемый мученик. Падаю в пересеченье пустот.

Непрерывные дроби: делю, и -- ноль, ноль, единица, ноль, ноль, единица, ноль, ноль, единица; делю и делю; может быть, и -- доделится где-нибудь; и -- ноль, ноль, единица, ноль, ноль, единица; --

-- делю: бесприютность пустот отделяет меня от обычного мира; и время уже побежало, как гамма; и цифры -- ноль, ноль, единица -- ложатся, как нотные знаки; исписана ими тетрадь; и --

-- что делаю? -- получаю дурную отметку за то, что учу математику на уроке латыни: -- Ut,

-- Utinam,

-- Utriusque,

-- Utrique*,

* Как, когда бы, другого, другому (лат.).

-- об "Ut" нельзя думать, когда объясняют Законы Дракона:

-- на злой бесконечности ряби (ноль, ноль, единица, ноль, ноль, единица") проносятся утки (Ut, Utinam, Utriusque, Utrique, qua, qua) {Где, куда (лат.).}, a за утками гонится строгим законом Дракон1. Кавардак в голове на четвертом уроке: на пятом -- я сплю иль -- космически мучаюсь, превращаясь в тупое, усталое, бестолковое тело: --

-- падение тел, тяготение тел, шаровую планетную форму и слепость мучений в ней "Я" пережито в гимназии, на уроках латыни: --

-- домой.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Возвращаюсь домой; голова моя пухнет; она -- шаровая, планетная форма; и слепо в ней "Я"; потемнело на улицах; падает серый снежок; и -- синеет, синеет; и в сини -- чернеет; прокаркало где-то: ворона перелетает от крыши соседнего дома из рваных туманов: на крышу соседнего дома; торчит вдалеке каланча; дома я понимаю и Бокля и Смайльса; в гимназии -- я ничего не пойму; понимание прогорает; и -- дым, сплошной дым, перелетами клубов несущий все то, чем набили мне голову, -- через улицу: к крыше соседнего дома -- на крышу: на крыше дерутся коты...

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Знаю, будет не весело дома; зажегши тусклейшую лампу, -- примусь за уроки: ноль, ноль, единица, Ut-Utinam-Utriusque-Utriaque, законы Солона2, законы Дракона, драконы закона... --

-- Опять ничего не пойму, потому что понять невозможно: с пяти до шести; в шесть -- обедать; с шести до восьми: настигает меня бесприютность, как память о прежнем; в стенах моей комнаты -- дыры: в ничто; два часа просижу, отдаваясь летанью на звуках рояля, рокочущих издали; и поднимается тот же вопрос: как же жить?

Чай. И -- спать.

Засыпая, я знаю: уже в половину восьмого -- разбудят меня; будет -- холодно, неуютно, темно: будет -- вторник (сегодня у нас понедельник, до Рождества, стало быть...): --

-- Среда,

-- Четверг,

-- Пятница --

-- по средам, четвергам и по пятницам: прохожу переулками -- в классы; увижу снежок; и, быть может, -- ворону; услышу грохочущий шепот шагов, пробегающий в классы.

Трамбуют мне голову "знанием": загромыхают колеса по бедным мощеным мозгам; тяжесть сведении размозжила мне голову, ранцем отдавлены плечи: --

-- ноль-ноль-единица,

-- ноль-ноль-единица --

хоть ноль, хоть ничто! Непрерывная дробь барабанного знания! --

-- Я вот воспитанник П... заведения3, для защиты себя от бессмыслиц, грозящих мне, мозг сложил правила жизни; пункт первый: мир -- сон; пункт второй: пробужденье возможно; пункт третий: оно, пробуждение, -- в музыке; и, наконец, пункт четвертый: летанье на звуках -- цель жизни; --

-- мой облик закончен; и созревает решение: проповедовать гимназисткам А-невской4 гимназии -- правила жизни; да, я -- специалист странных дел: мне товарищи ставят на вид, что я мало себя развиваю, что Писарев, Чернышевский, Белинский... спросили однажды меня: -- "Ну, кого ты читал?"

Читал Карпентера и Смайльса; но я ответил:

-- "Упанишады".

-- "Кого?"

-- "Шри-Шанкара-Ачария"...5

-- "Ха-ха-ха-ха".

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

"Тра-та-та-тра-та-та-тра-та-та" било мне в уши: ворочался; детство мне спать не давало; шершавясь кустами, из окон глядели оглавы нагорий, через которые красное око летящего поезда мчалось средь прочертней стен, подбегающих дырами, --

-- "тох" -- металлическим грохотом падали стены туннеля на окна, -- мои спутник проснулся; протер кулаками глаза, точно я уличил его в чем-то позорном; уткнулся глазами в пустое пространство; поматывал головою, желая стряхнуть неподвижный мой взгляд, устремленный в пустое пространство; привскакивал, пробегал для чего-то в уборную; возвращаясь, зевал: и -- глотал пустоту:

-- "Что".

-- "Попался".

-- "Вот я..."

Нагибаясь, вскинулся и -- протянулся ко мне крючковатыми пальцами; тени ночные качались разлетами перепончатых крыльев; попугивал:

-- "Я -- птеродактиль".

-- "Умею царапаться: зубьями перепончатых крыльев"...

Он -- начал рассказывать: в Лондоне -- вы представьте... хотели его, а -- действительно: личность, которой пока он не станет касаться, действительно: в этом вот поезде, едет в Россию.

-- "А!"

-- "Ну-ка?"

-- "Попробуй!"

Смеясь, я ему рассказал, что везу в чемодане секретные вещи, что в Лондоне и меня -- вы представьте -- хотели, а -- личность, которой пока я не стану касаться, -- действительно: подлежала бы обыску.

-- "Ну-ка".

Глумился я; то -- он бегал в уборную, то, раззевавшись, глотал пустоту и -- тянулся ко мне крючковатыми зубьями перепончатых пальцев.

И вот он, уткнувшися в угол, страдал от расстройства желудка, -- в туманы и пасти глядел остеклелою впадиной глаза; зевая, клонился дырою раскрытого рта; ему предложил пузырек с освежительным одеколоном, -- тот самый, который он выхватил у меня при переезде в Париж, когда... Да...

. . . . . . . . . . .. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

"Птеродактили" первого мига во мне разыгрались от действий бациллы; ее окружил фагоцитами я:

-- "Ну-ка".

-- "Попробуй!"