НА СЕВЕР

Уже догорал многоглазый, глазами вещающий вечер; гласили роскошные просветни воздуха мимо летающих туч, полосатящих небо; стволы необлетного христианийского парка горели; и светозарили взгляд. Мы сидели с товарищем: пал я спиною на спинку раскидистой лавки; мой друг À. M. П.1 с упоением пил пролетающий ветер; уставились -- в вечеровые фантазии; были одни -- "в первый раз после Дорнаха; отдых сошел: слово легкое вновь высекалось, как искра; костер легких слов запылал, согревая нам грудь; восставало прошедшее только что: Дорнах --

-- который покинули мы, но к которому мы возвращались -- через Россию, обратно: стоял перед нами, как... да, -- Христиания в Дорнах меня привела; Христиания, вот, возвращала обратно; --

-- и нет --

-- не в Россию; мы ехали через Россию обратно; мы ехали в Дорнах; мы ехали; мы улыбались глазами друг другу: мы ехали; и -- догорал многоглазый: глазами вещающий вечер:

-- "Что там?"

-- "Нэлли с Китти"2.

-- "И эвритмия".

-- "И доктор!.."

-- "Туда тебе хочется?"

-- "Хочется..."

(Китти -- сестра моей Нэлли.)

- "Скорее: послать телеграмму туда".

-- "Беспокоются там: все-то, думают, мины..."

-- "А мины остались за нами..."

-- "Остались ли мины за нами?"

-- "Что?"

-- "В душу нацелилась мина..."

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

-- "То было там в Лондоне?"

-- "В Лондоне я и не думал".

-- "Я -- тоже..."

-- "Нельзя было думать..."

-- "Там мысли о Дорнахе очень опасные действия: думать о Дорнахе в Лондоне -- значит ходить по проспектам без "платья".

-- "За это -- в участок..."

-- "А здесь можно думать?"

-- "Здесь можно".

Молчали: уже слепоглазый, глазами давно не вещающий вечер, вздохнув, объявил себя ночью; коснели тяжелые протемни; перешуршали листы необлетного парка у нас под ногами.

Пора уже спать: ведь от утра протянется путь наш вперед: мы поднимаемся завтра на север, к полярному кругу, к Торнео, к Финляндии: там, поглядевши лопарке в глаза, тихо ахнув от холода, спустимся мы к Петербургу, обратно: да, да, Петербург -- ближе к Дорнаху; и возвращение в Дорнах, -- уже приближалося.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Снова я в поезде.

Север.

Все сосны, да сосны: зеленой, суровой, сурово-нахмуренной Швеции; ерзают мысли, как сыски; и ерзают -- сыски: мышиные писки кусающих глаз -- из углов, из теней; из туманистых дней, странно очень; все сыщики потеряли таинственность; нет вещающих смыслов; упрощено все -- безнадежной тоскою зеленой, суровой, туманящей Швеции; веющей севером; будет ужо холодище; мы, ахнув от холода, мы, прикоснувшись к полярному кругу, поедем -- на Петербург.

"Я" мое, нет, не сошло: не сошло; я остался без "Я"; распростился с ним в Бергене; этому редкому гостю не дали "о н и" опуститься в меня; и для "них" потерял интерес я; осталися интересы одной контрразведки, которую на меня напустили "они", за пустой оболочкой следили: такие же оболочки; "пикантность" -- пропала; и "им" было скучно, и мне было скучно без "Я" -- в этой северной, в этой нахмуренной Швеции.

Точно так же вот, в Бергене, разорвалась моя личность; одна половина упала с отчетливой быстротою экспресса в зеленую комнату прежней арбатской квартиры, откуда когда-то меня взяла Нэлли; другая же канула: за глубину поднебесного купола: --

-- за Юпитер, Сатурн,

-- за Вулкан3,

-- за созвездие Скорпиона. --

-- Куда?

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Восприятия все изменились во мне; закрывалося: шифр не читался; я видел пустые фантазии чьей-то судьбы, отрезавшей от Нэлли, --

-- не знал, что --

-- навеки!

Когда бы я знал, то вскричал бы, то выпрыгнул бы из окошка вагона: разбиться о шведские камни; а если и не разбиться, то броситься в Берген, обратно; засесть в темном трюме какого-нибудь неизвестного "угольщика"; оказаться вновь в Дондоне; и пробираться -- не знаю какими путями -- в Швейцарию: к Нэлли; и не отдать моей Нэлли -- нет, нет: никому, ни за что.

А теперь вот -- без Нэлли! А Нэлли -- без родины.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Но я сидел совершенно спокойно в зеленой, суровой, в сурово вещающей Швеции, думая:

-- "Нэлли!.."

-- "Она уж проснулась..."

-- "Идет к Иоаннову Зданию".

-- "В мыслях же -- я..."

-- "Она -- любит меня!"

-- "Не -- забудет меня..."

-- "Разве то, что прошло между нами, -- возможно забыть?"

-- "Монреаль..."

-- "Мир Сицилии..."

-- "Пирамиды..."

-- "Мир Духа?"

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

О, знал ли я!..