Лили и графиня.
Лили лишилась послѣдняго мужества. Она не могла даже ни на что надѣяться.
Нескончаемая борьба надломила ея силы; она видѣла себя беззащитной въ рукахъ той, которую она давно считала своимъ смертельнымъ врагомъ.
Всѣ попытки къ освобожденію были напрасны. Она была и осталась плѣнницей, зависящей отъ произвола своего тюремщика.
Однажды, когда она тихо плача, стояла на колѣняхъ у своей постели опустивъ лицо на подушку, ей послышались вдали приближающіеся шаги.
Это была графиня и капелланъ замка.
-- Я отвѣчаю за справедливость моихъ словъ, говорилъ капелланъ идя съ графиней къ башнѣ. Его свѣтлость принялъ какое то энергическое рѣшеніе. И оно не въ пользу его сына.
-- Вы не были сами въ домѣ доктора Гагена? спросила графиня.
-- Нѣтъ, мнѣ удалось только добыть нѣкоторыя свѣдѣнія, графиня. Въ домѣ доктора происходитъ опять что-то необыкновенное, но что именно, я не могъ узнать.
-- Отъ кого вы это слышали?
-- Отъ одного изъ знакомыхъ доктора Гагена, который часто его видитъ. Наступаетъ рѣшительная минута, графиня, я не знаю въ чемъ состоитъ опасность, во Леонъ Брассаръ не можетъ болѣе надѣяться на примирѣніе съ отцемъ...
-- Тише, шепнула графиня своему спутнику. Мы подходимъ теперь къ комнатѣ, въ которой помѣщена помѣшанная изъ больницы Св. Маріи.
-- Вы желаете, графиня, чтобы я сопровождалъ васъ?
-- Да, конечно! Вы поможете мнѣ побѣдить упорство этой дѣвушки, которая или помѣшанная или ловкая обманщица. Я хочу наконецъ обнаружить истину. Вы вѣдь ходили уже къ ней чтобы исповѣдывать ее.
-- Она тогда не отказалась отъ своихъ намѣреній, графиня; она не жалѣла ни слезъ ни жалобъ, раз сказывая о своихъ несчастіяхъ и о томъ, какія гоненія она перенесла.
-- Откройте дверь, Филиберъ, я хочу положить конецъ этому невыносимому положенію, сказала графиня, подавая капеллану ключъ отъ комнаты Лили.
При видѣ входящей графини, Лили въ ужасѣ вскочила, отирая струившіяся по ея щекамъ слезы.
-- Дѣвушка плакала! сказала графиня, обращаясь къ капеллану. Быть можетъ это ее смягчило; тогда мы значитъ пришли во время.
-- Дитя мое, мы пришли чтобы еще разъ попытаться убѣдить васъ высказать истину, продолжала графиня обращаясь къ Лили, такимъ мягкимъ, добродушнымъ тономъ, что незнакомый съ обстоятельствами дѣла, ни на минуту не усумнился бы въ ея искренности. На Лили эта ложная доброта производила страшное, подавляющее впечатлѣніе.
Ваши увѣренія безполезны. Судъ нашелъ, выслушавъ безсчисленныхъ свидѣтелей, что вы или помѣшанная или обманщица. Это слово жестоко. Но я думаю что вы скорѣе были жертвой другихъ, неизвѣстныхъ мнѣ людей.
-- Да, это очень возможно, подтвердилъ капелланъ. Бѣдная дѣвушка сдѣлалась жертвой злыхъ людей!
-- Мнѣ жаль васъ, продолжала графиня, я обѣщаю ничего не предпринимать противъ васъ, если только вы рѣшитесь, въ присутствіи свидѣтелей, заявить, что вы не графиня Варбургъ и что васъ принудили другіе взять на себя эту роль. Я обѣщаю вамъ также полную безнаказанность за вашъ проступокъ, наконецъ, обѣщаю впередъ позаботиться о томъ, чтобы вы ни въ чемъ не нуждались.
-- О! Боже мой! простонала Лили, ломая руки. Вы не были моей матерью, хотя я васъ такъ называла; вы показывали что любите меня, и такой жестокости я никогда не думала встрѣтить въ васъ!
Филиберъ покачалъ головой, дѣлая видъ что его поражаетъ такая испорченность въ молодой дѣвушкѣ, которую не трогаетъ даже безпримѣрная доброта графини.
-- Да, я буду всегда о васъ заботиться, продолжала графиня. Я ставлю только одно условіе, чтобы вы не видѣлись больше съ тѣми людьми, которые натолкнули васъ на преступленіе. Когда вы признаніемъ докажете, что ваши умственныя способности не разстроены, вы будете свободны и я возьму на себя устроитъ вашу будущность.
-- Какое благородное великодушіе! вскричалъ капелланъ. Заклинаю васъ несчастная, откройте наконецъ истину, скажите кто вы!
Лили отвернулась, закрывъ лицо руками.
-- Послушайте моего совѣта! продолжалъ Филиберъ, мягкимъ, вкрадчивымъ голосомъ. Опомнитесь!... Не отталкивайте протянутую вамъ руку помощи.
-- Вы остаетесь при вашихъ увѣреніяхъ, сказала графиня. Не моя вина, если вы за нихъ пострадаете. Ваша участь зависитъ отъ васъ самихъ.
-- Молитесь и просите Бога, чтобы Онъ внушилъ вамъ благоразумное рѣшеніе, прибавилъ Филиберъ.
-- Мое рѣшеніе неизмѣнно! отвѣчала твердо Лили. Не старайтесь напрасно убѣдить меня. Или вы можетъ быть хотите, чтобы я сказала ложь, для того, чтобы получить тѣнь свободы? Вы не знаете, что произошло, вамъ извѣстно только то, что сообщила вамъ вторая жена моего несчастнаго отца. Я дочь графа Варбургъ, и всѣ ваши усилія заставить меня отказаться отъ этого имени будутъ напрасны. Я вижу, что мнѣ нѣтъ никакого спасенія, но я до послѣдней минуты не откажусь отъ моихъ правъ.
-- Какая черствость души! Какое упорство! вздохнулъ капелланъ.
-- Вы стоите на своемъ, вскричала графиня, такъ пусть же васъ постигнетъ то, чего вы заслужили. Я сдѣлала все, чтобы смягчить вашу участь, но всѣ мои попытки разбились о ваше упорство. Пойдемте, господинъ капелланъ, предоставимъ неисправимую ея судьбѣ. Конечно она должна оставаться здѣсь, пока не будетъ рѣшена ея участь.
-- Какъ это печально, что всѣ добрыя намѣренія разбиваются о такую закоснѣлость, замѣтилъ съ видомъ сожалѣнія Филиберъ, выходя вслѣдъ за графиней изъ комнаты Лили.
-- Быть можетъ необходимость заставитъ ее просить о томъ, что я ей сегодня напрасно предлагала, отвѣчала графиня.
Дверь въ комнату Лили закрылась.
Что предстояло еще несчастной? Она была въ рукахъ врага, который ни передъ чѣмъ не остановится, чтобы только погубить ее.
Страхъ и отчаяніе наполнили душу Лили. Она видѣла, что каждый день можетъ быть послѣднимъ днемъ ея жизни. Она погибла, если графинѣ удастся найти средство убить ее, не возбуждая этимъ ни чьихъ подозрѣній.
Между тѣмъ наступилъ вечеръ. Въ корридорѣ снова послышались шаги. Это была старая полу-слѣпая служанка, назначенная графиней для прислуживанія заключенной.
Она несла теперь по обыкновенію ужинъ для Лили. Затворивъ за собой дверь, она только что начала уставлять на столѣ приборъ и кушанья, какъ кто-то громко позвалъ ее у входа въ башню.
Поспѣшно разставивъ кое-какъ посуду, она бросилась вонъ изъ комнаты Лили, и въ торопяхъ забыла запереть на ключъ дверь, а только захлопнула ее.
Лили замѣтила это и лучь надежды мелькнулъ въ ея сердцѣ. Что, если она воспользуется этимъ счастливымъ случаемъ для бѣгства, не дожидаясь помощи Бруно, который уже давно не показывался?
Темнота вечера покровительствовала ея замыслу. Она была бы спасена, еслибы только ей удалось выйти изъ башни; оставить замокъ было гораздо легче, такъ какъ если даже наружныя двери и были бы заперты, то ихъ можно бы было легко отворить, такъ какъ ключи отъ нихъ никогда не вынимались изъ замковъ.
Лили думала только, ждать ли ей наступленія ночи или сейчасъ же выйти изъ башни. Послѣднее было опасно, такъ какъ въ такое время, проходя по замку, она могла еще встрѣтить кого-нибудь изъ слугъ. Ночью же она могла надѣяться пройти незамѣченной никѣмъ.
Съ лихорадочнымъ волненіемъ прислушивалась Лили не возвращается ли служанка.
Но время проходило, а служанка не возвращалась. Она повидимому позабыла, что оставила дверь незапертой.
Подобнаго благопріятнаго случая не могло больше представиться! Наступила ночь и въ замкѣ все успокоилось. Никакой шумъ не достигалъ болѣе до слуха заключенной.
Вдругъ ей послышался какой-то странный шумъ. Наканунѣ ночью, случайно проснувшись, она услышала отдаленный шумъ шаговъ и какое-то бормотанье. Теперь это было тоже самое. Откуда доносились эти звуки? Изъ замка? Нѣтъ! Это было едвали возможно, такъ какъ башня была совершенно отдѣлена отъ остальныхъ частей замка, ходьба и разговоръ въ комнатахъ котораго не могли быть здѣсь слышны.
Но скоро все стихло. Лили осторожно подошла къ двери и прислушалась. Тишина царствовала повсюду -- наступила удобная минута для попытки къ бѣгству.
Сердце Лили сильно билось, когда она переступала порогъ своей комнаты и вышла въ длинный и широкій сводчатый корридоръ башни.
Ей было знакомо расположеніе замка до малѣйшихъ подробностей. Она знала каждый поворотъ, каждый уголъ и теперь не смотря на мракъ была увѣрена, что не собьется съ дороги.
Но каково было ея отчаяніе, когда она, дойдя до конца корридора, наткнулась на запертую желѣзную дверь, которая обыкновенно всегда была открыта.
Значитъ служанка, позабывъ запереть дверь комнаты Лили, вмѣсто того заперла дверь башни, что одинаково дѣлало невозможной всякую попытку къ бѣгству.
Горе Лили было тѣмъ сильнѣе, что она совершенно не разсчитывала на это препятствіе и ударъ былъ совершенно неожиданный.
Надежда на спасеніе исчезла и несчастная снова увидѣла себя плѣнницей во власти ея злѣйшаго врага.
Въ эту минуту до ея слуха снова донесся шумъ шаговъ и на этотъ разъ такъ явственно, что она невольно вздрогнула; ей показалось также, что она слышитъ чей-то тихій голосъ.
Подходя къ двери своей комнаты, Лили услышала еще яснѣе шумъ шаговъ и звукъ голоса, они раздовались съ другаго конца корридора. Очевидно, кромѣ нея въ башнѣ былъ еще кто-нибудь, можетъ быть тоже плѣнникъ графини.
Онъ повидимому не находилъ сна и разговаривалъ самъ съ собой, ходя взадъ и впередъ по своей комнатѣ.
Но кто это могъ быть? Лили не могла узнать голоса, такъ какъ звуки доносились до нея слабо, хотя и ясно. Не была ли это та таинственная личность, которую встрѣтилъ на дорогѣ къ замку Бруно, въ ту ночь, когда онъ хотѣлъ освободить Лили?
XVIII.