Молчи или твой сынъ погибнетъ!
Въ это время на долю Гагена выпало новое испытаніе.
Этотъ повидимому холодный, невозмутимый человѣкъ, похоронившій всѣ страсти, сохранилъ однако въ глубинѣ сердца одно желаніе: найти своего сына.
Конечно Леонъ Брассаръ былъ также сынъ той женщины, съ которой Гагенъ велъ безпощадную борьбу: и къ сыну могли перейти черты характера матери.
Уже разъ Леонъ поразилъ отца до глубины сердца своимъ поступкомъ, о которомъ принесъ вѣсть Милошъ. Но Гагенъ все еще надѣялся на возможность его исправленія, все еще думалъ спасти его отъ окончательной погибели.
Тогда думалъ онъ открыть ему тайну его рожденія, сказать ему: приди ко мнѣ сынъ мой! Я твой отецъ!
Отъ старика Брассара, Гагенъ узналъ чрезъ Милоша, что Леонъ уѣхалъ въ Германію.
Брассаръ описалъ подробно своему бывшему господину послѣдніе годы, въ теченіи которыхъ тотъ былъ далеко отъ своего сына. Онъ откровенно сознался, что Леонъ былъ склоненъ къ дурнымъ страстямъ, что онъ никогда не выказывалъ и слѣда любви или привязанности. Но въ то же время было неоспоримо, что Леонъ былъ очень талантливъ и обладалъ большими познаніями. Брассаръ ничего не говорилъ своему пріемному сыну о его рожденіи, такъ что тотъ не могъ и подозрѣвать кто былъ его настоящій отецъ.
Имѣя многочисленныя связи въ Вѣнѣ, куда какъ говорили направился Леонъ, Гагенъ думалъ легко напасть на слѣдъ сына. Для этого онъ просилъ одного изъ своихъ вліятельныхъ друзей произвести съ этой цѣлью розыски, но всѣ усилія были напрасны и привели только къ тому результату, что было доказано, что во всей Вѣнѣ въ то время не было ни одного человѣка, носившаго имя Лена Брассара.
Это было все, что Гагену удалось узнать о своемъ сынѣ. Но гдѣ же онъ былъ?..
Гагенъ однако не упалъ духомъ и рѣшилъ во чтобы ни стало отыскать Леона. Но прежде всего было необходимо воспользоваться ужасными открытіями, сдѣланными въ теченіи послѣднихъ недѣль.
Еще не все было сдѣлано; былъ правда найденъ ядъ, но не тотъ кто его подмѣшалъ. Судьба графини зависѣла отъ дальнѣйшихъ розысковъ Гагепа.
Прежде чѣмъ нанести замку рѣшительный ударъ, Гагенъ хотѣлъ распросить капеллана Филибера, который, какъ онъ думалъ, долженъ былъ знать гдѣ находится Леонъ Брассаръ. Съ этой цѣлью Гагенъ поѣхалъ въ наемной каретѣ въ замокъ.
Пріѣхавъ туда, онъ велѣлъ встрѣтившему его слугѣ доложить о немъ капеллану.
-- Его преподобіе теперь въ покояхъ ея сіятельства! сказалъ слуга.
-- Ну такъ ступайте и скажите ему, что мнѣ необходимо его видѣть, отвѣчалъ Гагенъ проходя въ пріемную.
Ему пришлось дожидаться не долго, спустя минуту въ дверяхъ показался капелланъ.
-- Чему обязанъ я честью видѣть вашу свѣтлость? спросилъ онъ почтительно кланяясь и приглашая Гагена садиться.
-- Я хотѣлъ бы сдѣлать вамъ одинъ вопросъ, и надѣюсь, что вы не откажетесь дать мнѣ отвѣтъ на него.
-- Все что въ моихъ силахъ, я готовъ сдѣлать, чтобы только исполнить желаніе вашей свѣтлости.
-- Мнѣ надо найти того молодого человѣка, о которомъ вы мнѣ говорили когда были у меня, вы помните это? Его зовутъ Леономъ Брассаромъ.
-- А! сказалъ кивнувъ головой капелланъ. Дѣло идетъ о Леонѣ Брассарѣ!
-- Да, и я хочу спросить васъ, не знаете ли вы гдѣ этотъ молодой человѣкъ.
-- Значитъ ваша свѣтлость ищетъ его?
-- И я его найду.
-- Послѣ такого долгаго времени вдругъ такое неожиданное рѣшеніе! замѣтилъ Филиберъ съ злораднымъ изумленіемъ. Да, да! Любовь прокладываетъ наконецъ себѣ дорогу, ваша свѣтлость!
-- Такъ знаете вы гдѣ живетъ Леонъ Брассаръ?
Капелланъ прикинулся смущеннымъ.
-- Я право не знаю... и думаю... началъ онъ запинаясь.
-- Что вы думаете?
-- Что я не могу сказать вашей свѣтлости того, что я знаю! отвѣчалъ Филиберъ.
-- Что это значитъ! сказалъ гнѣвно Гагенъ. Значитъ вы знаете гдѣ Леонъ?
-- Конечно, ваша свѣтлость!
-- И не хотите сказать этого мнѣ?
-- Я боюсь, что я не могу этого сдѣлать!
-- Вы не можете? Кто же вамъ мѣшаетъ?
-- Снѣ приказано молчать объ этомъ, ваша свѣтлость!
-- Странно! Вамъ запрещено... но кѣмъ же?
-- Къ сожалѣнію я не могу ничего сообщить объ этомъ вашей свѣтлости! отвѣчалъ Филиберъ.
Въ ту минуту поднялась портьера и въ пріемную вошла графиня.
-- Это я запретила ему говорить! сказала она ледянымъ и гордымъ тономъ
Гагенъ почувствовалъ, что это свиданіе будетъ имѣть важныя послѣдствія для него и для графини.
-- Оставьте насъ однихъ! сказалъ онъ послѣ минутнаго молчанія Филиберу, намъ надо переговорить о томъ, чего не долженъ слышать никто посторонній.
Капелланъ молча поклонился и вышелъ.
Нѣсколько мгновеній длилось молчаніе, это было затишье передъ бурей.
Лицомъ къ лицу встрѣтились два противника, боровшіеся на жизнь и смерть, и борьба которыхъ могла окончиться только со смертью одного изъ нихъ.
Графиня Варбургъ и опасный гость замка должны были свести между собой страшный счетъ, и казалось уже наступила роковая минута.
Гагенъ молча подошелъ къ неподвижно стоявшей графинѣ; къ нему вернулось его обычное гордое, невозмутимое спокойствіе. Видно было, что этотъ человѣкъ держалъ въ своей власти ту, на которую народъ смотрѣлъ съ опасеніемъ и ужасомъ.
-- Вы знаете кого вы видите передъ собой, Камилла фонъ-Франкенъ, сказалъ Гагенъ. Этьенъ Аналеско не умеръ, какъ того хотѣли вы и вашъ сообщникъ. Всѣ такъ хорошо обдуманныя попытки лишить его жизни не удались. Богъ хотѣлъ чтобы онъ жилъ, чтобы онъ сталъ мстителемъ за злодѣянія и судьей Камиллы фонъ-Франкенъ.
-- Камиллы фонъ-Франкенъ болѣе не существуетъ! прервала его графиня.
-- Для меня вы все еще Камилла фонъ Франкенъ, такъ какъ новое имя вы добыли себѣ преступленіемъ.
-- Остановитесь, ваша свѣтлость! вскричала гнѣвно графиня.
-- Для меня вы все еще Камилла фонъ-Франкенъ, повторилъ спокойнымъ и холоднымъ тономъ Гагенъ. Та самая Камилла фонъ-Франкенъ, которая въ сообществѣ съ однимъ искателемъ приключеній по имени Митнахтъ, замышляла противъ жизни Этьена Аналесво... Этотъ Митнахтъ, слѣпое орудіе вашей воли, два раза пытался убить меня. Разъ тогда въ Парижѣ, а другой, недавно въ Нью-Іоркѣ. Прежде вы хотѣли воспользоваться богатствомъ Этьена Аналеско, сдѣлавшаго завѣщаніе въ вашу пользу, теперь же, вамъ нужно было устранить опаснаго свидѣтеля.
-- Къ чему подобныя слова между нами, ваша свѣтлость? Мы и безъ того знаемъ другъ друга! Къ тому же ваши угрозы меня нисколько не страшатъ. И это къ счастью для васъ, такъ какъ если-бы мнѣ пришлось опасаться вашей ненависти и вашего мщенія, тогда...
-- Что тогда? спросилъ холодно Гагенъ, видя что графиня молчитъ.
-- Тогда я васъ больше уже не боялась бы, докончила графиня съ злобной усмѣшкой.
-- Вы знаете еще не все, чего вы должны бояться съ моей стороны, замѣтилъ Гагенъ. Вамъ было мало того, что вашъ сообщникъ смертельно ранилъ меня въ вашемъ же домѣ,-- вы хотѣли доказать мнѣ вашу любовь прекративъ мои мученія, для этого вы посылали мнѣ надушенные цвѣты и письмо -- эти духи были ядъ!
-- Князь!
-- Не играйте комедіи, Камилла фонъ-Франкенъ!... Да, это былъ ядъ. Я бы неминуемо погибъ, еслибъ случайно не поручилъ открыть ваше письмо слугѣ, тотъ внезапно заболѣлъ и такимъ образомъ вашъ планъ разстроился.
-- Остановитесь, ваша свѣтлость! Что значатъ эти безумныя обвиненія?
-- Еще наши счеты не окончены, Камилла фонъ-Франкенъ. Вы и вашъ сообщникъ совершили цѣлый рядъ преступленій.
-- Прошу васъ не сравнивать меня съ этимъ человѣкомъ, котораго вы называете моимъ сообщникомъ.
-- Конечно этотъ человѣкъ былъ только вашъ слуга, продолжалъ Гагенъ. Вы были душой всѣхъ этихъ преступныхъ замысловъ. Этотъ Митнахтъ былъ просто слѣпой исполнитель вашей воли, котораго вы за это по временамъ награждали деньгами. Но, спрашивается, кто былъ опаснѣе -- этотъ авантюристъ или вы?
-- Довольно, ваша свѣтлость! вскричала графиня дрожа отъ гнѣва. Мы знаемъ, чего можемъ ожидать другъ отъ друга.
-- Да, мы это знаемъ! Чего-нибудь другаго вы не должны ждать, Камилла фонъ-Франкенъ!... Послѣ того какъ вамъ не удалось убить Этьеня Аналеско и пришлось удовольствоваться только частью его богатства, вы оставили Парижъ, чтобы искать себѣ другую жертву, изъ которой вы, какъ сказочный вампиръ, могли бы высосать кровь до послѣдней капли. Я не знаю, сколько несчастныхъ попали въ ваши руки въ Берлинѣ, Вѣнѣ, Москвѣ и Петербургѣ, и заплатили жизнью за желаніе любить васъ; можетъ быть судъ откроетъ все это.
-- Берегитесь, князь! вы раскаятесь въ этихъ словахъ! вскричала графиня въ бѣшенствѣ.
-- Наконецъ я нахожу васъ здѣсь подъ новымъ звучнымъ именемъ. Ужасъ объялъ меня, когда я узналъ, что вскорѣ послѣ вашего пріѣзда умерла мучительной смертью владѣлица замка, а вы были съ ней очень дружны! Ее поразилъ тотъ самый ядъ, который вы послѣ подмѣшали несчастному Милошу. Не прерывайте меня, ваши слова не могутъ измѣнить ничего изъ случившагося. Выслушайте меня до конца! сказалъ Гагенъ почти повелительнымъ тономъ. И такъ графиня умерла. Но не довольствуясь выходомъ замужъ за графа, вы поспѣшили умертвить и его, васъ прельщало его огромное богатство. Народъ говоритъ: вампиръ высосалъ всю кровь изъ графа! Знаете вы, кто этотъ вампиръ? Кого называетъ народъ этимъ именемъ? Отравительницу Камиллу фонъ-Франкенъ.
-- Довольно! вскричала графиня, дѣлая шагъ впередъ. Я заставлю васъ бояться меня, до сихъ поръ вы меня плохо знали, Этьенъ Аналеско! Что же касается до яда, то вы ошибаетесь. Графъ хранилъ ядъ въ секретномъ ящикѣ своего стола, это подтвердилъ судъ.
Гагенъ презрительно улыбнулся.
-- Да, вы постарались отклонить подозрѣніе, Камилла фонъ-Франкенъ, сказалъ онъ, но все это напрасно. Я съумѣю доказать вашу виновность. Черезъ нѣсколько дней ваша участь будетъ рѣшена! Вашъ управляющій послалъ отъ вашего имени изъ Баума телеграмму въ Гамбургъ на имя Маріи Рихтеръ, молочной сестры молодой графини Варбургъ. Не въ Америку уѣхала Марія Рихтеръ, она здѣсь и спитъ уже вѣчнымъ сномъ.
Графини невольно вздрогнула при этихъ словахъ, она этого очевидно никакъ не ожидала. Это обстоятельство могло имѣть для нея важныя послѣдствія.
-- А ядъ, продолжалъ Гагенъ, вы принесли, когда еще Милошъ былъ въ замкѣ, въ комнаты, которыя занималъ при жизни графъ, и сами положили его въ потайной ящикъ письменнаго стола, чтобы заставить всѣхъ думать, что графъ самъ отравилъ свою жену и себя въ припадкѣ умопомѣшательства. Это было очень ловко придумано, но вы были тогда не одни, Камилла фонъ-Франкенъ, за вами слѣдили и ваша хитрость обратилась противъ васъ самихъ.
-- Презрѣнный шпіонъ заплатилъ жизнью за свою низость! замѣтила съ довольнымъ видомъ графиня.
-- Противъ подобныхъ людей какъ вы, хорошъ всякій образъ дѣйствій. Васъ пытались поставить въ невозможность вредить болѣе, такъ какъ уже слишкомъ многіе сдѣлались вашими жертвами.
Графиня поняла, что она во власти Гагена. Она неминуемо погибла, если онъ разскажетъ передъ судомъ все что онъ знаетъ.
Не смотря однако на близкую опасность, графиня не потеряла присутствія духа.
-- Какъ! вскричала она. Вы смѣете думать погубить меня, вы, Этьенъ Аналеско! Берегитесь! При первомъ же шагѣ я уже заставлю васъ раскаяться. Прежде чѣмъ погибнуть, я нанесу вамъ страшный ударъ, котораго вамъ не вынести!
-- Я не боюсь вашего мщенія, Камилла фонъ-Франкенъ! отвѣчалъ Гагенъ.
-- Да, когда оно направлено противъ васъ лично. Но если дѣло идетъ о Леонѣ Брассарѣ, вашемъ сынѣ? сказала графиня торжествующимъ тономъ.
-- О моемъ сынѣ? спросилъ Гагенъ. Судьбѣ угодно было, чтобы онъ былъ также и вашимъ.
-- Онъ теперь въ моихъ рукахъ. Откажитесь отъ вашихъ угрозъ или вы погубите собственнаго сына.
-- Вы отказываетесь сообщить мнѣ что-нибудь о моемъ сынѣ? спросилъ Гагепъ, скрывая овладѣвшее имъ волненіе.
-- Довольствуйтесь тѣмъ, что я вамъ сказала. Онъ въ моей власти. Мы имѣемъ на него равныя права.
-- И вы думаете, Камилла фонъ-Франкенъ, что это хотя на минуту поколеблетъ мою рѣшимость выдать васъ правосудію за ваши безчисленныя преступленія? Ваши угрозы для меня ничего не значатъ.
-- Тебѣ остался небольшой выборъ, Этьенъ Аналеско! сказала графиня и ея блѣдное лицо приняло страшное выраженіе. Молчи или твой сынъ погибнетъ!
-- Эти слова мнѣ не понятны! сказалъ Гагенъ.
-- Такъ знай же! Въ больницѣ для умалишенныхъ, гдѣ еще недавно былъ докторомъ Леонъ, недавно произошелъ пожаръ, при чемъ погибли двое, новый докторъ и надзирательница Дора Вальдбергеръ. Надзирательница подожгла домъ, но не одна. У ней былъ соучастникъ, помогавшій ей въ этомъ дѣлѣ, этотъ поджигатель и былъ Леонъ Брассаръ -- твой сынъ!
Это было уже слишкомъ даже для закаленаго въ несчастіяхъ Гагена.
-- Это твое дѣло! вскричалъ онъ. О! я это ясно вижу!
-- Онъ поджигатель! повторила угрожающимъ тономъ графиня. И онъ погибнетъ, если ты пойдешь противъ меня!
Гагенъ, не будучи въ состояніи скрывать долѣе свой ужасъ и отчаяніе, закрылъ молча лицо руками и медленно вышелъ.
Съ довольной улыбкой взглянула ему вслѣдъ графиня. Еще разъ, въ минуту страшной опасности, удалось ей отстранить роковой ударъ, готовый поразить ее.
X.