Морская прогулка
На берегу, недалеко отъ рыбачьей деревни, стояла одна изъ роскошныхъ лодокъ, принадлежавшихъ къ замку, которыя были сдѣланы по приказанію покойнаго графа.
Эти двѣ лодки были сдѣланы на манеръ венеціанскихъ гондолъ и отличались удобствомъ и роскошью отдѣлки.
Гондола, стоявшая у берега, была окрашена въ красный и бѣлый цвѣта и на носу ея находилось рѣзное изображеніе дельфина. Въ ея открытой съ боковъ каютѣ стояли два дивана, обитыхъ атласомъ, и нѣсколько низкихъ стульевъ вокругъ маленькаго круглаго стола, прикрѣпленнаго къ полу.
Двое братьевъ Любке, которымъ всегда поручалось управленіе гондолой, стояли одинъ на носу, другой на кормѣ ея.
Около двухъ часовъ дня графиня Варбургъ вышла изъ замка въ сопровожденіи капеллана, Леона Брасара и Макса, и направилась къ берегу, съ намѣреніемъ сдѣлать передъ обѣдомъ пебольшую прогулку по морю.
Это случилось въ первый разъ съ того іюльскаго дня, когда пропала молодая графиня. До сихъ поръ отъ замка было отнято всякое развлеченіе. Графиня показывала этимъ, что она все еще не можетъ утѣшиться въ своей потерѣ; даже и теперь она все еще ходила въ глубокомъ траурѣ.
Что же заставило графиню измѣнить ея рѣшеніе? Можетъ быть теплый весенній день манилъ ее подышать свѣжимъ морскимъ воздухомъ? Или можетъ быть была какая-нибудь другая причина, побудившая графиню доставить обитателямъ замка удовольствіе, котораго они давно были лишены.
Точно королева, гордая и могущественная даже и въ печали, шла она немного опередивъ капеллана и Леона Брасара, шедшихъ рядомъ.
И развѣ не была она госпожой всей окрестной страны. Развѣ не принадлежало ей все, что она видѣла вокругъ себя?
Но ея богатство было еще не полно. Ей еще не удалось получить милліонъ, составлявшій наслѣдство Лили. Ея послѣднее желаніе еще не было исполнено.
Пока помѣшанная въ больницѣ Св. Маріи жива, ея цѣль не можетъ быть достигнута!
Рыбаки и крестьяне, при видѣ идущей къ берегу графини, поспѣшили уйти подальше и у берега остались только бывшіе въ гондолѣ братья Любке, почтительно снявшіе шапки завидѣвъ свою госпожу. Казалось все бѣжало передъ этой блѣдной красавицей, какъ передъ какимъ-нибудь чудовищемъ.
Кивнувъ головой рыбакамъ, графиня вошла въ гондолу. Ея спутники послѣдовали за ней.
-- Поѣзжайте туда, черезъ бухту! приказала графиня. Я слышала, что недавно господинъ ассесоръ фонъ-Вильденфельсъ пытался выйти тамъ на берегъ и что при этомъ случилось какое-то несчастіе.
-- Да, ваше сіятельство, отвѣчалъ Петеръ Любке, молодой рыбакъ Францъ упалъ въ воду и утонулъ. Онъ такъ скоро пошелъ ко дну, что его нельзя было спасти. Онъ, должно быть, попалъ въ водоворотъ!
Гондола двинулась въ путь.
-- Вѣдь извѣстно, что на этомъ мѣстѣ нельзя выйти на берегъ, къ чему же напрасно пытаться и губить даромъ людей? замѣтила суровымъ тономъ графиня. Неужели для того только, чтобъ исполнить капризъ господина ассесора? Я думаю, что человѣческая жизнь стоитъ дороже. Я одного не понимаю, какъ это всегда находятся люди, готовые рисковать жизнью изъ-за такихъ пустяковъ!
-- Мнѣ говорили, графиня, что это былъ совершенно особенный случай, сказалъ Филиберъ, такъ какъ рыбаки колебались. Дѣло шло о разъясненіи одного суевѣрія. Такъ кажется? прибавилъ онъ обращаясь къ рыбакамъ.
-- Да, господинъ, такъ точно, отвѣчалъ Петеръ Любке. Это было сдѣлано для стараго Фейта.
-- Я объ этомъ уже слышалъ, сказалъ Леонъ Брасаръ съ насмѣшливой улыбкой. Я только не понимаю, какъ такой образованный человѣкъ, какъ ассесоръ, могъ интересоваться подобными вещами!
-- Это дѣйствительно непонятно, замѣтила графиня, но въ тоже время непростительно жертвовать для этого человѣческой жизнью! Что это за исторія со старымъ Фейтомъ? продолжала она, обращаясь къ Петеру Любке.
-- Это все правда, ваше сіятельство, отвѣчалъ сдержаннымъ, почти суровымъ тономъ рыбакъ. Старый Фейтъ ходилъ часто тамъ подъ скалами!
-- Какъ всякое суевѣріе укрѣпляется въ народѣ! это просто невѣроятно! сказала графиня, обращаясь къ Леону Брассару и Филиберу.
-- И какъ его трудно искоренить, прибавилъ со вздохомъ капелланъ.
-- Ну, чтоже, видѣли вы сами-то этого стараго Фейта? спросилъ Леонъ Брассаръ рыбака.
-- Даже не разъ, съ тѣхъ поръ какъ онъ, въ одно воскресенье, уѣхалъ ловить рыбу и больше не вернулся. По всей деревнѣ нѣтъ человѣка, который бы его хоть разъ не видѣлъ, отвѣчалъ Петеръ.
Въ это время гондола завернула въ бухту, гдѣ высились мѣловыя скалы.
-- Можемъ мы отсюда видѣть это мѣсто? спросила графиня.
-- Да, ваше сіятельство, но мы подъѣдемъ еще ближе. Онъ появляется всегда тамъ, подъ скалами, гдѣ бьетъ прибой. Господинъ ассесоръ самъ разъ видѣлъ его и хотѣлъ поэтому обыскать эти скалы. Но старый Фейтъ не позволяетъ приблизиться къ себѣ.
-- Кажется объ этомъ почтенномъ старцѣ сложилась цѣлая сага! сказала насмѣшливо графиня. И вы его въ самомъ дѣлѣ видѣли?
-- Да, ваше сіятельство, своими глазами видѣлъ! отвѣчалъ увѣренно Петеръ Любке. Старый Фейтъ дѣйствительно тамъ ходитъ, это чистая правда!
-- Хотѣла бы я видѣть этотъ призракъ! засмѣялась графиня.
-- Это вѣроятно тѣнь отъ какой-нибудь странной формы скалы, замѣтилъ Филиберъ. На такомъ разстояніи легко ошибиться.
-- Да, очень интересно было бы увидѣть это привидѣніе! прибавилъ Леонъ Брассаръ.
Въ эту минуту облако, покрывавшее большую часть неба, закрыло солнце. Цвѣтъ моря мгновенно измѣнился. Изъ темно-синяго онъ сдѣлался непріятнымъ сѣро-зеленымъ.
-- Тамъ! Онъ тамъ! вскрикнулъ вдругъ молодой Іостъ Любке.
Графиня и ея спутники невольно вздрогнули при этомъ крикѣ, хотя сами только что смѣялись надъ суевѣріемъ рыбаковъ.
Іостъ показалъ рукой на береговыя скалы.
-- Да! Это онъ! Къ вечеру будетъ буря! сказалъ понижая голосъ Петеръ Любке, съ испуганнымъ видомъ глядя на берегъ. Вотъ онъ тамъ стоитъ! Онъ опять показался!
Графиня съ выраженіемъ ужаса глядѣла на далекій берегъ.
Капелланъ молча стоялъ позади графини, не будучи въ состояніи произнести ни однаго слова. На лицѣ Леона Брассара исчезло выраженіе презрѣнія и насмѣшки.
Максъ крестился съ испуганнымъ видомъ.
Между камнями, о которые разбивались волны прибоя, какъ какой-нибудь горный духъ стоялъ человѣкъ съ длинными волосами и бородой. Это было привидѣніе стараго Фейта, какъ говорили рыбаки. Что могли говорить теперь графиня и капелланъ о суевѣріи народа, когда они своими глазами видѣли призракъ, надъ которымъ смѣялись?
Вдругъ тѣнь исчезла, и такъ быстро, что никто не могъ сказать что съ ней сдѣлалось. Ушла ли она въ воду или исчезла между скалами.
-- Рѣдкій обманъ чувствъ, сказалъ Филиберъ, первый нарушая молчаніе. Мнѣ кажется однако, что легко найти ему объясненіе. Солнце закрылось облаками, только на эти скалы падали еще его лучи, вѣроятно какой-нибудь особенной формы камень, при такомъ освѣщеніи и показался намъ человѣкомъ; кромѣ того, вѣдь вы замѣтили, что явленіе исчезло вмѣстѣ съ послѣднимъ лучемъ солнца.
-- Да, что нибудь подобное, сказала графиня, но по ея тону видно было, что она не очень то вѣритъ объясненіямъ капеллана. Очевидно, странный призракъ произвелъ на нее сильное впечатлѣніе.
Ей казалось, что она все еще видитъ передъ собой тѣнь стараго Фейта, какъ называли ее рыбаки, того самаго Фейта, который, благодаря ей, лишился всего, даже жизни.
Только на обратномъ пути она начала болѣе внимательно прислушиваться къ объясненіямъ капеллана и Леона Брассара, также старавшагося найти причину этого явленія. Казалось, ей хотѣлось заставить себя вѣрить имъ и смѣяться надъ суевѣріемъ народа, такъ склоннаго ко всему чудесному.
Но къ чему тогда разспрашивала она рыбаковъ, дѣйствительно ли нельзя достичь подножія этихъ скалъ? Почему же теперь она, повидимому, готова была повторить попытку Бруно, которую такъ недавно сама осуждала? Неужели она вѣрила вмѣстѣ съ народомъ въ существованіе выходцевъ съ того свѣта?
Пока гондола возвращалась къ Варбургу, небо совершенно заволокло тучами, и когда графиня и ея спутники поднимались по дорогѣ къ замку, поднялся сильный вѣтеръ, ночью перешедшій въ бурю. Слова Петера Любке оправдались.
Когда графиня вернулась въ замокъ, она узнала, что новый докторъ больницы Св. Маріи желаетъ ее видѣть. Она тотчасъ же вышла въ салонъ и съ улыбкой привѣтствовала ожидавшаго ее тамъ доктора Вильма.
Увидя графиню, докторъ былъ пораженъ ея чудной красотой, такъ неотразимо дѣйствовавшей на всѣхъ. Онъ долженъ былъ сознаться, что никогда ему еще не случалось видѣть такой красавицы.
-- Что вамъ угодно отъ меня, докторъ? спросила графиня съ самымъ любезнымъ видомъ, пригласивъ доктора сѣсть.
-- Я привезъ вамъ извѣстіе о той особѣ, которая называетъ себя вашей падчерицей, графиня, отвѣчалъ докторъ; я счелъ своей обязанностью предупредить васъ прежде чѣмъ дамъ дѣлу дальнѣйшій ходъ. Эта особа была, какъ душевно больная, отдана въ наши заведеніе, но я. послѣ тщательнаго наблюденія за ней, пришелъ къ убѣжденію, что она вполнѣ здорова.
-- Здорова, т. е. значитъ выздоровѣла!
-- Въ ней нѣтъ ни малѣйшаго слѣда умственнаго разстройства, прибавилъ докторъ.
-- Не сказала ли она теперь кто она, какое ея настоящее имя?
-- Она утверждаетъ, что она графиня Варбургъ.
-- Но вѣдь въ этомъ-то и состояла ея болѣзнь, докторъ. При первыхъ вашихъ словахъ я было обрадовалась, думая, что наконецъ-то прольется свѣтъ на это темное дѣло, но теперь я опять теряю надежду.
-- Я могу только здѣсь и въ городѣ заявить, что по моему убѣжденію, эта молодая особа вполнѣ здорова и что въ этомъ не можетъ быть никакого сомнѣнія. Все остальное до меня не касается.
-- Благодарю васъ за это извѣстіе, докторъ, сказала графиня. Я еще не знаю, какой оборотъ приметъ дѣло вслѣдствіе этого событія, но, во всякомъ случаѣ, я очень довольна, такъ какъ мнѣ было очень жаль эту бѣдную дѣвушку.
Эти слова были сказаны графиней такъ естественно, что доктору и въ голову не пришло сомнѣваться въ ихъ искренности.
Онъ исполнилъ то, что считалъ своей обязанностью и потому ему нечего было дѣлать больше въ замкѣ; ему оставалось только раскланяться и уйти, что онъ и не замедлилъ сдѣлать.
Графиня проводила его насмѣшливой улыбкой.
-- Твое извѣстіе не испугало меня, прошептала она. Я была приготовлена къ нему. Это ненавистное созданіе было въ большей безопасности въ больницѣ чѣмъ на свободѣ. О! теперь она скоро будетъ въ моихъ рукахъ! Она должна погибнуть! Пока она жива, мнѣ не достичь моей цѣли!
XXXII.