III.
Хотя, по замѣчанію профессора Форта, трудно повѣрить, что жена его была когда-нибудь больна, однако до сихъ поръ, на правахъ выздоравливающей и не разсчитывая на ея силы, ее исключали изъ дальнихъ экскурсій, предпринимаемыхъ ея бабушкой и сестрой въ окрестности. Но сегодня утромъ ее, очевидно, признаютъ настолько здоровой, чтобы вернуться къ прежнему образу жизни.
-- Мнѣ приходится обратиться къ тебѣ за содѣйствіемъ,-- говоритъ миссъ Чорчиль, идя на встрѣчу сестрѣ, которая входить въ гостиную бабушки, сіяя здоровьемъ и свѣжестью.-- Бабушка окончательно отказывается сопровождать меня на прогулки. Она никогда не любила природы, неправда ли, бабушка? Что касается меня, то по причинамъ, мнѣ одной извѣстнымъ, я намѣрена провести сегодняшній день въ Конистонѣ и не вижу резона почему бы тебѣ не ѣхать со мной.
Необыкновенная положительность ея тона и рѣшительность взгляда можетъ заставить подумать, что она ждетъ сопротивленія. Но если таковое и проявляется, то молча.
-- Пожалуйста, поѣдемъ,-- съ жаромъ настаиваетъ Сара;-- если ты будешь все сидѣть дома и казаться такой здоровой, то тебя непремѣнно снова запрягутъ въ Менандра.
Белинда смѣется не совсѣмъ натурально.
-- Вотъ и видно, какъ ты отстала въ своихъ понятіяхъ; Менандръ уже три мѣсяца тому назадъ вышелъ въ свѣтъ.
-- Я увѣрена, что онъ оставилъ по себѣ кучу младшихъ братцевъ,-- легкомысленно заявляетъ Сара:-- ну, что ты скажешь?
-- Ты думаешь, что можно рискнуть ѣхать за-городъ? Посмотри на облака; не похоже ли, что будетъ дождь.
Белинда идетъ къ окну, говоря это, и показываетъ на небо.
-- Ахъ! небо здѣсь всегда такое,-- сухо возражаетъ Сара.-- Скорѣе отвѣчай: да или нѣтъ.
-- Я спрошу м-ра Форта, можетъ ли онъ обойтись безъ меня,-- неохотно говоритъ Белинда, выходя изъ комнаты.
-- Скажи ему, что ему это не будетъ стоить ни гроша, что никакихъ расходовъ его не заставятъ платить,-- кричитъ ей вслѣдъ Сара.
Белинда скоро возвращается.
-- Ну?
-- Онъ ничего не имѣетъ противъ моей поѣздки,-- отвѣчаетъ Белинда, повѣся носъ.
-- Ты старалась, чтобы онъ не пустилъ тебя, и не успѣла въ этомъ,-- смѣется Сара.
-- Ты слишкомъ проницательна,-- отвѣчаетъ Белинда, покраснѣвъ и съ досадой, показывающей, что сестра попала въ цѣль:-- ты поставила на своемъ, какъ ты это всегда умѣешь сдѣлать. Я ѣду съ тобой и конченъ разговоръ.
Поданъ экипажъ. Сара уже усѣлась въ него и обмѣнивается любезностями съ кѣмъ-то, кто стоитъ на балконѣ надъ ея головой. Белинда нарочно копалась за своимъ туалетомъ въ надеждѣ, что налетитъ буря и помѣшаетъ прогулкѣ.
Но тщетно. Небо окончательно прояснивается. Выходя изъ сѣней, она украдкой оглядывается кругомъ. Да, онъ здѣсь! Его голосъ, который, не будь Сары, цѣлый день раздавался бы въ ея счастливыхъ ушахъ, говоритъ ей:
-- Вы уѣзжаете?
-- Да,-- говоритъ она съ невольной жалобной нотой въ голосѣ и взглядываетъ съ печалью въ его глаза:-- на цѣлый день; гулять! пожелайте мнѣ веселиться!
Она садится въ экипажъ и громкимъ, яснымъ голосомъ приказываетъ кучеру:-- въ Конистонъ!
-- Я вижу, что ты желаешь, что бы всѣ узнали, куда мы ѣдемъ,-- иронизируетъ Сара.
-- Я думала, что тебѣ будетъ пріятно, если Беллерсъ узнаетъ, куда мы ѣдемъ,-- огрызается Белинда.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
-- Белинда!-- говоритъ ея сестра, когда онѣ пріѣхали на мѣсто своего назначенія и успѣли уже вдоволь нагуляться и наскучаться:-- Белинда!-- и въ голосѣ ея слышится торжество -- видишь, тамъ между деревьями кто-то двигается? да? такъ я и думала.
И вдругъ съ рѣзкой перемѣной въ голосѣ, въ которомъ слышится теперь искренняя досада: -- зачѣмъ только онъ привезъ съ собой этого неотвязнаго Давида!
-- Я слышалъ, какъ вы приказывали кучеру ѣхать въ Конистонъ,-- шепчетъ послѣдній на ухо Белиндѣ.
Она отворачиваетъ голову, покраснѣвъ какъ вишня.
И послѣ этого какъ-то само собой выходитъ, что они идутъ гулять вмѣстѣ.
-- Сколько времени вы здѣсь пробудете?-- спрашиваетъ она у него внезапно.
Она вовсе не хотѣла задавать ему этого вопроса и горько раскаивается, произнеся его, но онъ сорвался нечаянно.
-- Я уѣду, когда вы мнѣ прикажете.
Она сморщиваетъ лобъ отъ боли и отъ гнѣва.
-- Вы не имѣете права сваливать на меня всю отвѣтственность,-- говоритъ она съ негодованіемъ:-- это не великодушно. Вы сами можете рѣшить, какъ вамъ слѣдуетъ поступить.
-- Вѣдь я уже разъ оказался несостоятельнымъ, а потому и не довѣряю больше самому себѣ.
Она, поблѣднѣвъ, какъ смерть, опускаетъ глаза.
-- Это была моя вина,-- тихо отвѣчаетъ она.
-- Нѣтъ! не ваша. Можетъ быть, то обстоятельство, что вы опоздали въ тотъ день, только ускоряло развязку, но она была неизбѣжна.
-- Поступайте, какъ считаете лучше,-- лепечетъ она въ слезахъ.
-- Если такъ, то я остаюсь; я считаю за лучшее остаться. Обстоятельства перемѣнились. Я тогда былъ захваченъ врасплохъ. Теперь я буду на-сторожѣ. Теперь вы можете быть вполнѣ спокойны.
-- Увѣрены ли вы въ этомъ?-- вздрагиваетъ она, испугавшись, хотя, быть можетъ, и слишкомъ поздно, его отчаяннаго взгляда и дикаго торжества въ глазахъ:-- увѣрены ли вы?
И впродолженіе цѣлой недѣли имѣетъ случай сама убѣдиться въ этомъ.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
-- Какъ это несносно!-- говоритъ съ досадой миссисъ Чорчиль.
Время какъ разъ послѣ завтрака и она сидитъ за столомъ, передъ раскрытымъ пюпитромъ, на которомъ лежатъ разныя бумаги и въ числѣ ихъ счетъ изъ гостинницы. Обычная ясность духа измѣнила ей. Содержатель гостинницы только-что вышелъ изъ комнаты.
-- Такъ какъ мы въ родствѣ, то трудно объяснятъ всѣмъ и каждому, что мы не отвѣтственны за его эксцентричности,-- продолжаетъ миссисъ Чорчиль съ усиливающейся досадой.
-- Небо такъ, очевидно, создало васъ другъ для друга, что никакъ нельзя разубѣдить ихъ въ томъ, что вы не мужъ и жена,-- говоритъ Сара веселымъ голосомъ, стоя у окна.-- Я видѣла недовѣріе въ глазахъ содержателя гостинницы, когда вы такъ старательно объясняли ему, что онъ вашъ внукъ; онъ очевидно дивился, зачѣмъ вы говорите такую явную и вздорную неправду.
-- Онъ споритъ изъ-за всякаго гроша, я увѣрена, что они охотно заплатили бы ему, только бы онъ уѣхалъ,-- продолжаетъ миссисъ Чорчиль, съ негодованіемъ.-- Кончится тѣмъ, что онъ насъ выживетъ отсюда! Ахъ! Белинда, душа моя, ты здѣсь? прости пожалуйста, но слово не воробей: вылетитъ -- не поймаешь, и ты, право, входишь въ комнату точно тѣнь какая, такъ что и не услышишь.
-- Не безпокойтесь,-- успокоиваетъ ее Белинда, хотя лицо у ней горитъ.-- Я постараюсь на будущее время входить съ большимъ шумомъ; а теперь думаю будетъ лучше, если я уйду.
Говоря это, она направляется къ двери, тихо затворяетъ ее за собой и рѣшительными шагами взбирается вверхъ по лѣстницѣ на чердакъ своего супруга.
Она застаетъ его за такимъ до точно занятіемъ, какъ и бабушку. По крайней мѣрѣ передъ нимъ тоже лежатъ бумаги и счетъ.
-- Я готовился призвать васъ на помощь,-- говоритъ онъ, взглядывая на нее въіу минуту, какъ она входитъ.-- Я желалъ спросить васъ о нѣкоторыхъ статьяхъ въ этомъ счетѣ, такъ какъ лично не имѣю о нихъ ни малѣйшаго понятія. Вотъ здѣсь, 15 числа показаны двѣ почтовыхъ марки; бутылка воды аполлинарисъ -- 18 и конверты -- 19. Дѣйствительно вы брали все это или оно попало въ счетъ, только благодаря невниманію содержателя гостинницы и въ такомъ случаѣ я взыщу съ него за такую преступную небрежность.
-- Я нисколько не сомнѣваюсь, что счетъ вѣренъ, да и не все ли равно.
-- По моему мнѣнію, вовсе не все равно; вы, надѣюсь, не позабыли того, что было вчера, и можете по крайней мѣрѣ сообщить мнѣ: приказывали ли вы подать себѣ бутылку зельтерской воды?
-- Да, приказывала подать себѣ двѣ, три, полдюжины бутылокъ!
Онъ взглядываетъ на нее съ довольно понятнымъ раздраженіемъ.
-- Вы, кажется, намѣрены по какой-то, для меня непонятной, причинѣ, помѣшать моему намѣренію, но это не такъ важно, такъ какъ я рѣшилъ немедленно оставить это мѣсто, гдѣ меня обсчитываютъ, благодаря, конечно, родству съ вашей бабушкой.
До сихъ поръ она безпечно глядѣла передъ собой, но при упоминовеніи о предполагаемомъ отъѣздѣ, безпечность ея пропадаетъ, а щеки блѣднѣютъ.
-- Вы собираетесь отсюда уѣхать?-- спрашиваетъ она тихимъ голосомъ и прибавляетъ съ ироніей: -- но вѣдь гдѣ бы вы ни поселились, вамъ придется платить за почтовыя марки, которыя я покупаю, и за зельтерскую воду, которую я пью.
-- Дѣло не въ однихъ только издержкахъ,-- возражаетъ онъ, слегка покраснѣвъ отъ ея тона:-- но я съ каждымъ днемъ убѣждаюсь, что здѣшній воздухъ для меня нездоровъ; я хуже сплю съ тѣхъ поръ, какъ сюда пріѣхалъ, и біенія сердца значительно усилились. Я знаю, что вы всегда смотрите недовѣрчиво, когда я говорю о своихъ болѣзняхъ.
-- Неужели?-- отвѣчаетъ она съ разсѣяннымъ видомъ, точно не думаетъ о томъ, что говоритъ.-- Извините; я это дѣлаю не нарочно.
-- Я написалъ въ гостинницу Лодоръ, на берегу Дервентскаго озера, чтобы намъ приготовили комнаты. Отсюда почтовая карета уходитъ въ одиннадцать часовъ утра и...
-- Неужели вы хотите сказать, что мы завтра уѣзжаемъ отсюда?-- перебиваетъ она, задыхаясь.
Глава ея расширены, а голосъ грубъ, какъ она сама это сознаетъ.
-- Это невозможно! --говоритъ она, тихо и торопливо:-- вы не спросили меня, не посовѣтовались со мной. Какимъ образомъ можетъ воздухъ одного озера быть здоровѣе другого? все это фантазіи, чистыя фантазіи! Вы сами говорили мнѣ на дняхъ, что не слѣдуетъ поддаваться болѣзненнымъ фантазіямъ.
Онъ медленно отводитъ глаза отъ счета, въ которомъ до сихъ поръ старательно доискивался неточностей, и пронзительно вглядывается въ нее.
-- Вамъ, кажется, очень не хочется уѣзжать отсюда? отчего это?
Въ его тонѣ есть или, по крайней мѣрѣ, слышится ей что-то такое, что сразу заставляетъ умолкнуть ея возраженія. Но внезапная ярость овладѣваетъ ею, безумное желаніе сказать ему, почему она не хочетъ уѣзжать, сказать ему все, все.
Онъ давно уже опять углубился въ счетъ, когда она, наконецъ, произносить покорнымъ тономъ:
-- Дилижансъ уходитъ въ одиннадцать часовъ, говорите вы? хорошо, я буду готова къ этому времени.
Говоря это, она встаетъ и направляется въ двери.
-- Если увидите слугу, то скажите, чтобы онъ прислалъ ко мнѣ содержателя гостинницы,-- говоритъ ей вслѣдъ супругъ: -- онъ никогда не приходитъ на мой звонокъ, а въ этомъ счетѣ иного статей, которыя я рѣшительно не могу допустить.
Покорно исполнивъ его порученіе, миссисъ Фортъ ждетъ снова въ гостиную бабушки и заглядываетъ въ нее.
-- Бабушка здѣсь?
-- Нѣтъ,-- отвѣчаетъ Сара съ своего обычнаго сторожевого поста у окна.-- Сказать тебѣ по правдѣ, я порядкомъ задала ей за ея невѣжливость съ тобой; она такъ же хорошо, какъ и я, видѣла, что ты входишь въ комнату. Я страхъ какъ разсердила ее,-- добавляетъ она, смѣясь,-- сказавъ ей, что она несомнѣнно становится глуха.
-- Ей не придется больше сердиться на пребываніе здѣсь м-ра Форта.
-- Удъ не умираетъ ли онъ?-- спрашиваетъ Сара съ оживленіемъ и бѣжитъ къ сестрѣ.
-- Онъ гровить, что умретъ, если еще здѣсь пробудетъ, и завтра утромъ мы уѣзжаемъ въ Дервентъ.
-- И ты согласилась?-- тономъ крайняго удивленія спрашиваетъ Сара.
Отвѣтъ ея сестры кажется не совсѣмъ у мѣста.
-- Сара,-- произноситъ она медленно и поблѣднѣвъ сильнѣе прежняго:-- помнишь, ты разъ сказала мнѣ, что я гублю себя и... вмѣстѣ съ собой Давида Райверса.
-- Да, помню!-- отвѣчаетъ та сухо.
-- Почему же,-- почти шопотомъ продолжаетъ разспрашивать миссисъ Фортъ,-- ты больше не повторяла мнѣ этого?
Миссъ Чорчиль поднимаетъ брови.
-- Душа моя,-- откровенно заявляетъ она:-- ты приняла мое первое предостереженіе не въ такомъ духѣ, чтобы поощрить меня къ дальнѣйшимъ совѣтамъ.
Белинда опустила голову на грудь.
-- Ты была не далека отъ правды въ то время,-- слабо произноситъ она,-- а теперь ближе въ ней чѣмъ когда-либо.
Наступаетъ молчаніе. Сара расхаживаетъ по комнатѣ, заложивъ руки за спину. Быть можетъ, признаніе сестры не было для нея неожиданностью. По крайней мѣрѣ лицо ея не выражаетъ ни малѣйшаго удивленія.
-- Ты уѣзжаешь?-- внезапно останавливается она передъ сестрой:-- но кто помѣшаетъ ему послѣдовать за тобой?
Губы Белинды дрожатъ.
-- Онъ этого не сдѣлаетъ, если я не велю ему.
Глаза ея печально глядятъ въ окно на горы и на озеро. Вершины первыхъ все еще таинственно окутаны утреннимъ туманомъ, но озеро все залито солнечными лучами. Завтра, завтра онъ собирался покатать ее по озеру.
Вдругъ унылая покорность въ ней смѣняется болѣе сильнымъ взрывомъ отчаянія.
-- О чемъ я думаю?-- кричитъ она,-- я совсѣмъ позабыла! Я его больше не увижу; онъ долженъ былъ уѣхать по дѣлу въ Мильнъ-Торпъ и не вернется до завтра. А когда вернется, то насъ уже здѣсь не будетъ!
-- Онъ поѣдетъ за вами съ слѣдующей же почтовой каретой!-- замѣчаетъ Сара съ циническимъ здравомысліемъ.
Белинда издаетъ слабый стонъ.
-- Я должна написать ему!
-- Ради Бога не дѣлай этого!-- разубѣждаетъ Сара.-- Никогда не пиши писемъ! хотя бы ты нарушала всѣ остальныя правила, но этого одного держись неукоснительно. Во всемъ подлунномъ царствѣ,-- добавляетъ миссъ Чорчиль съ скромной гордостью,-- не найдется двухъ строкъ, написанныхъ мною.
-- Если я не напишу, онъ конечно разыщетъ насъ, если только я не объявлю въ гостинницѣ, что не желаю, чтобы ему сообщили нашъ адресъ.
-- Этого никакъ не слѣдуетъ дѣлать,-- сухо замѣчаетъ Сара:-- врядъ ли будетъ благоразумно брать въ повѣренные слугъ отеля.
Наступаетъ молчаніе. Миссъ Чорчиль продолжаетъ безпокойно прохаживаться взадъ и впередъ.
-- Я полагаю,-- вздыхаетъ она наконецъ съ нетерпѣніемъ,-- что въ концѣ-концовъ это придется сдѣлать мнѣ. Наши роли перемѣнились. Всю мою жизнь я просила тебя исполнять за меня непріятныя порученія -- а теперь мнѣ приходится оказать ту же услугу тебѣ. Полагаю, что я должна сообщить ему.
-- Ты?-- внезапно поворачивается Белинда съ страстнымъ неодобреніемъ такого проекта и въ голосѣ, и во взорѣ, причемъ дремлющая въ ея груди безсмысленная ревность снова пробуждается.-- Почему именно ты?
-- Можетъ быть, ты предпочитаешь, чтобы ему сказала бабушка?-- спокойно спрашиваетъ Сара.-- Кто-нибудь да долженъ же сообщить ему, и неужели ты думаешь, что я особенно гоняюсь за этой честью!
-- Скажи ему какъ можно деликатнѣе,-- проситъ Белинда.
-- Неужели ты воображаешь, что мое сообщеніе убьетъ его?-- иронизируетъ Сара:-- помнится, ты опасалась когда -то, что смерть отца убьетъ его, и однако онъ остался живъ! Нѣтъ! мужчину не такъ-то легко убить!