ГЛАВА CXII.
Теперь намъ должно возвратиться назадъ въ нашемъ повѣствованіи и передать читателю обстоятельства побѣга Віоланты.
Припомнимъ, что Пешьера, испуганный неожиданнымъ появленіемъ лорда л'Эстренджа, имѣлъ время сказать лилъ нѣсколько словъ молодой итальянкѣ, успѣлъ лишь выразить намѣреніе снова увидѣться съ нею, съ тѣмъ, чтобы окончательно рѣшиться насчетъ хода дѣла. Но тогда, на другой день, онъ такъ же тихо и осторожно, какъ и прежде, вошелъ въ садъ, Віоланта не появлялась. Просидѣвъ около дома до тѣхъ поръ, пока совершенно стемнѣло, графъ удалился съ негодованіемъ, сознаваясь, что всѣ его ухищренія не успѣли привлечь на его сторону сердце и воображеніе, избранной имъ жертвы. Онъ началъ придумывать и разбирать, вмѣстѣ съ Леви, всѣ возможныя крутыя и насильственныя средства, которыя могли только представиться его смѣлому и плодовитому воображенію. Но Леви съ такою силою возстававъ противъ всякой попытки похитить Віоланту изъ дома лорда Лэнсмера, въ такомъ комическомъ свѣтѣ представилъ всѣ подобныя ночныя похожденія, имѣющія девизомъ веревочную лѣстницу, что графъ немедленно оставилъ мысль о романтическомъ подвигѣ, не употребительномъ въ нашей разсудительной столицѣ,-- подвигѣ, который, безъ сомнѣнія, окончился бы тѣмъ, что графа взяли бы въ полицію съ похвальною цѣлію посадить его потомъ въ Исправительный Домъ.
Самъ Леви не могъ, впрочемъ, присовѣтовать ничего примѣнимаго къ дѣлу, и Рандаль Лесли былъ призванъ тогда на совѣщаніе.
Рандаль кусалъ себѣ губы, въ припадкѣ безсильнаго негодованія, какъ человѣкъ, который мечтаетъ о часѣ своего будущаго освобожденія и который преклоняетъ между тѣмъ свое гордое чело передъ необходимостію унижаться, съ какимъ-то безотчетнымъ, механическимъ спокойствіемъ. Необыкновенное превосходство глубокомысленнаго интригана надъ дерзостію Пешьера и надъ практичностію Леви выказалось съ полнымъ блескомъ.
-- Ваша сестра, сказалъ Рандаль Пешьера:-- должна быть дѣйствующимъ лицомъ въ первой и самой трудной части вашего предпріятія. Віоланту нельзя насильно увести изъ дома Лэнсмеровъ: ее нужно убѣдить оставить этотъ домъ добровольно. Здѣсь необходимо содѣйствіе женщины. Женщина съумѣетъ лучше обмануть женщину.
-- Прекрасно сказано! отвѣчалъ графъ.-- Впрочемъ, хотя ея бракъ съ этимъ молодымъ Гэзельденомъ находится въ зависимости отъ моей свадьбы съ прекрасною родственницею, но она сдѣлалась до того равнодушною къ моимъ выгодамъ, что я не могу разсчитывать на ея помощь. Нельзя не замѣтить, хотя она прежде очень желала замужства, но теперь, кажется, вовсе не думаетъ о томъ, такъ что я теряю на нее своы вліянія.
-- Не увидала ли она кого нибудь въ послѣднее время, кто ей больше пришелся по сердцу, чѣмъ бѣдный Франкъ?
-- Я подозрѣваю это, но не придумаю, кѣмъ она можетъ быть теперь занята.... развѣ ненавистнымъ для васъ л'Эстренджемъ....
-- Впрочемъ, все равно. Вы можете и не вступить съ ней въ переговоры; будьте только готовы оставить Англію, какъ вы и прежде предполагали, когда Віоланта будетъ въ вашихъ рукахъ.
-- Все уже теперь готово, сказалъ графъ -- Леви взялся купить мнѣ у одного изъ своихъ кліентовъ прекрасное парусное судно. Я нанялъ человѣкъ двадцать отчаянныхъ генуэзцевъ, корсиканцевъ, сардинцевъ, которые, не будучи разборчивыми патріотами, держатъ себя какъ истинные космополиты, предлагая свои услуги всякому, у кого есть золото. Лишь только бы выйти въ море, и когда я пристану въ берегу, Віоланта, опираясь на мою руку, будетъ уже называться графиней Пешьера.
-- Но нельзя же схватить Віоланту, сказалъ съ неудовольствіемъ Рандаль, стараясь, впрочемъ, скрыть отвращеніе, которое внушалъ ему дерзкій цинизмъ графа:-- нельзя схватить Віоланту и умести на корабль среди бѣлаго дня и изъ такого многолюднаго квартала, въ какомъ живетъ ваша сестра.
-- Я и объ этомъ подумалъ, возразилъ гранъ.-- Моя агенты отьискали мнѣ домъ возлѣ самой рѣки: этотъ домъ такъ же надеженъ для нашего предпріятія, какъ какая нибудь Венеціянская темница.
-- Это уже не мое дѣло, отвѣчалъ Рандаль, съ нѣкоторою торопливостію!-- вы разскажите госпожѣ Негра, гдѣ въять Віоланту, моя обязанность ограничивается изобрѣтательностію, составляющею дѣло разсудка; что же касается насилія, то это не по моей части. Я сейчасъ отправлюсь къ вашей сестрѣ, на которую надѣюсь имѣть болѣе сильное вліяніе, чѣмъ вы сами. Между тѣмъ, въ то самое время, какъ Віоланта скроется и какъ подозрѣніе падетъ на васъ, старайтесь постоянно являться въ обществѣ, въ сопровожденіи вашихъ друзей. Покупайте, баронъ, корабль, и приготовляйте его къ отплытію. Я извѣщу васъ, когда можно будетъ приступить къ дѣлу. Сегодня у меня бездна хлопотъ.... Надѣюсь вполнѣ успѣть въ вашемъ предпріятіи.
Когда Рандаль вышелъ изъ комнаты, Леви послѣдовалъ за нимъ.
-- Что вы задумали сдѣлать, будетъ сдѣлано успѣшно, безъ всякаго сомнѣнія, сказалъ ростовщикъ, взявъ Рандаля за руку: -- но, смотрите, чтобы, вдаваясь въ подобное предпріятіе, не повредить своей репутаціи. Я многаго ожидаю отъ васъ для общественной жизни; а въ общественной жизни репутація нужна, по крайней мѣрѣ на столько, на сколько нужно понятіе о чести.
-- Я стану жертвовать своею репутаціей, и для какого нибудь графа Пешьера! сказалъ Рандаль, съ изумленіемъ открывъ глаза:-- я? да за кого вы меня принимаете послѣ этого?
Баронъ опустилъ его руку.
"Этотъ молодой человѣкъ далеко пойдетъ", сказалъ онъ самому себѣ, возвратясь и графу.
Проницательность, свойственная Рандалю, давно уже подсказала ему, что въ характерѣ Беатриче и ея понятіяхъ произошелъ такой странный и внезапный переворотъ, который могъ быть лишь дѣломъ сильной страсти; какое-то недовольство, или, скорѣе, негодованіе заставляло ее теперь принять предложеніе молодого и вѣтреннаго родственника. Вмѣсто холоднаго равнодушія, съ которымъ въ прежнее время она стала бы смотрѣть на бракъ, могущій избавить ее отъ положенія, уязвлявшаго ея гордость, теперь она съ замѣтнымъ отвращеніемъ уклонялась отъ обѣщанія, купленнаго Франкомъ такъ дорого. Искушенія, которыя графъ могъ бы противопоставить ей, съ тѣмъ, чтобы завлечь ее въ свое предпріятіе, оскорблявшее ея болѣе благородную натуру, не могли имѣть успѣха. Приданое теряло свою цѣну, потому что оно ускоряло бы только свадьбу, которой Беатриче избѣгала. Рандаль понималъ, что иначе нельзя разсчитывать на ея помощь, какъ дѣйствуя на страсть, которая была бы въ состояніи лишать ее разсудка. Онъ остановился на мысли возбудить въ ней ревность. Онъ все еще сомнѣвался, былъ ли Гарлей предметомъ ея любви; но во всякомъ случаѣ это было очень вѣроятно. Если это такъ, то онъ шепнетъ Беатриче: "Віоланта ваша соперница. Если Віоланты не будетъ здѣсь, ваша красота вступитъ во всѣ права свои; въ противномъ случаѣ вы, какъ итальянка, можете по крайней мѣрѣ отмстить за себя". Съ подобными мыслями Рандаль вошелъ въ домъ г-жи Негра. Онъ нашелъ ее въ расположеніи духа, которое вполнѣ благопріятствовало его намѣреніямъ. Начавъ разговоръ о Гарлеѣ и замѣтивъ при этомъ, что характеръ его вообще не измѣнился, онъ мало по малу вызывалъ наружу тайну Беатриче.
-- Я долженъ вамъ сказать, произнесъ Рандаль, съ важностію:-- что если тотъ, къ которому вы питаете нѣжную дружбу, посѣщаетъ домъ лорда Лэнсмера, то вы имѣете полную причину бояться за себя и желать успѣха плану вашего брата, призвавшему его въ Англію, потому что въ домѣ лорда Лэнсмера живетъ теперь прелестнѣйшая дѣвушка; я долженъ вамъ признаться, что эта та самая особа, на которой гранъ Пешьера намѣренъ жениться.
Пока Рандаль говорилъ такимъ образомъ, чело Беатриче мрачно хмурилось и глаза ея горѣли негодованіемъ.
Віоланта! Не повторялъ ли Леонардъ этого имени съ такимъ восторгомъ Не протекло ли его дѣтство на ея главахъ? Кто кромѣ Віоланты могъ быть настоящей соперницей? Отрывистыя восклицанія Беатриче, послѣ минутнаго молчанія, открыли Рандалю, что онъ успѣлъ въ своемъ намѣреніи. Частію стараясь превратить ревность ея въ положительное мщеніе, частію лаская ее надеждою, что если Віоланта будетъ немедленно удалена изъ Англіи, если она сдѣлается женою Пешьера, то не можетъ быть, чтобы Леонардъ остался равнодушнымъ къ прелестямъ Беатриче,-- Рандаль увѣрялъ ее въ то же время, что онъ постарается охранить честь ее отъ притязаній Франка Гэзельдена и получить отъ брата удовлетвореніе долга, который сначала заставилъ ее обѣщать руку этому довѣрчивому претенденту. Однимъ словомъ, онъ разстался съ маркизой тогда лишь, когда она не только обѣщала сдѣлать все, что предлагалъ Рандаль, но настоятельно требовала, чтобы онъ ускорялъ исполненіемъ своихъ намѣреній. Рандаль нѣсколько времени молча и въ разсудкѣ ходилъ по улицамъ, распутывая въ умѣ своемъ петли этой сложной и изысканной ткани дѣйствій. И здѣсь его дарованія навели его на свѣтлую, блестящую мысль.
Въ теченіе того времени, которое должно было пройти отъ побѣга Віоланты до отправленія ея изъ Англіи, было необходимо для отклоненія подозрѣній отъ Пешьера (котораго могли бы даже задержать) представить какую нибудь правдоподобную причину добровольнаго отъѣзда дѣвушки изъ дома Лэнсмеровъ; это было тѣмъ болѣе необходимо, что самъ Рандаль непремѣнно хотѣлъ очистить себя отъ нареканій въ участіи въ планахъ графа, если бы даже этотъ послѣдній и былъ признанъ главнымъ дѣйствователемъ. Въ этихъ видахъ Рандаль немедленно отправился въ Норвудъ и увидѣлся съ Риккабокка. Представляя себя очень взволнованнымъ и огорченнымъ, онъ сообщилъ изгнаннику, что имѣетъ основательныя причины думать, что Пешьера успѣлъ тайнымъ образомъ увидаться съ Віолантой и даже произвелъ очень выгодное для себя впечатлѣніе на ея сердце. Говоря какъ будто въ припадкѣ ревности, онъ умолялъ Риккабокка поддержать открытое домогательство его, Рандаля, руки Віоланты и убѣдить ее согласиться на безотлагательный бракъ съ нимъ.
Бѣдный итальянецъ былъ совершенно разстроенъ извѣстіемъ, сообщеннымъ ему. Суевѣрный страхъ, который онъ питалъ къ своему даровитому врагу, въ соединеніи съ убѣжденіемъ въ склонности женщинъ уступать наружнымъ преимуществамъ мужчинъ, не только сдѣлали его довѣрчивымъ, но даже преувеличили въ его глазахъ опасность, на которую намекалъ Рандаль. Мысль о женитьбѣ дочери съ Рандалемъ, котораго въ послѣднее время онъ принималъ такъ холодно, теперь улыбалась ему. Но первымъ движеніемъ его было желаніе отправиться самому или послать за Віолантой и перевезти ее къ себѣ въ домъ. Противъ это одного Рандаль возсталъ.
-- Къ несчастію, сказалъ онъ:-- я увѣренъ, что Пешьера знаетъ о вашемъ мѣстопребываніи, и, слѣдовательно, дочь ваша будетъ здѣсь скорѣе подвергаться опасности, чѣмъ тамъ, гдѣ она теперь.
-- Но какже, чортъ возьми, вы сами говорите, что этотъ человѣкъ видѣлъ ее тамъ, несмотря на всѣ обѣщанія лэди Лэнсмеръ и мѣры предосторожности, принятыя Гарлеемъ?
-- Совершенно справедливо. Пешьера самъ признавался мнѣ въ этомъ, хотя и не совсѣмъ открыто. Впрочемъ, я пользуюсь достаточно его довѣренностію, чтобы отклонить его попытки въ этомъ родѣ на нѣсколько дней. Между тѣмъ мы можемъ отъискать болѣе надежный домъ чѣмъ вашъ теперешній, и тогда будетъ самое удобное время взять вашу дочь. Если вы согласитесь притомъ дать мнѣ письмо, которымъ будете убѣждать ее принять меня, какъ будущаго мужа, то это разомъ отвлечетъ ея мысли отъ графа; я буду имѣть возможность, по пріему, который она мнѣ сдѣлаетъ, открыть, въ какой мѣрѣ графъ преувеличилъ вліяніе, произведенное имъ на нее. Вы можете дать мнѣ также письмо къ леди Лэнсмеръ, чтобы предупредить вашу дочь насчетъ переѣзда ея сюда. О, сэръ, не старайтесь меня разувѣрить. Будьте снисходительны къ моимъ опасеніямъ. Повѣрьте, что я дѣйствую въ видахъ вашей же пользы. Не соединены ли мои интересы въ этомъ случаѣ съ вашими?
Философъ желалъ бы посовѣтоваться съ женою; но ему совѣстно было признаться въ своей слабости. Въ это время онъ нечаянно вспомнилъ о Гарлеѣ и сказалъ, отдавая Рандалю письма, которыя тотъ требовалъ:
-- Вотъ.... я надѣюсь, что мы успѣемъ выиграть время, а я между тѣмъ пошлю къ лорду л'Эстренджу и поговорю съ нимъ.
-- Мой благородный другъ, отвѣчалъ Рандаль, съ мрачнымъ видомъ: -- позвольте мнѣ просить васъ не стараться видѣться съ лордомъ л'Эстренджемъ по крайней мѣрѣ до тѣхъ поръ, пока я не успѣю объясниться съ вашею дочерью.... до тѣхъ поръ, пока она не будетъ находиться подъ родительскимъ кровомъ.
-- Почему же?
-- Потому, что я думаю, что вы, вѣроятно, поступаете чистосердечно, удостоивая меня избрать своимъ зятемъ, и потому, что я увѣренъ, что лордъ л'Эстренджъ съ неудовольствіемъ узнаетъ о вашей рѣшимости въ мою пользу. Не правъ ли я?
Риккабокка молчалъ.
-- И хотя его убѣжденія были бы ничтожны для человѣка столь правдиваго и разсудительнаго, какъ вы, они могутъ имѣть болѣе значительное дѣйствіе на неопытный умъ вашей дочери. Подумайте только, что чѣмъ болѣе она будетъ возстановлена противъ меня, тѣмъ болѣе она будетъ доступна замысламъ Пешьера. Не говорите же, умоляю васъ, съ лордомъ л'Эстренджемъ объ этомъ до тѣхъ поръ, пока Віоланта согласится отдать мнѣ свою руку, или до тѣхъ поръ по крайней мѣрѣ, когда она будетъ подъ вашимъ личнымъ надзоромъ; въ противномъ случаѣ, возьмите назадъ свое письмо, оно не принесетъ ни малѣйшей пользы.
-- Можетъ быть, что вы правы. Вѣроятно, лордъ л'Эстренджъ предубѣжденъ противъ васъ, или, лучше сказать, онъ болѣе думаетъ о томъ, чѣмъ я былъ, нежели о томъ, что я теперь.
-- Кто можетъ мыслить иначе, глядя на васъ? Я прощаю ему это отъ всего сердца.
Поцаловавъ руку, которую изгнанникъ, но чувству скромности, старался отнять у него, Рандаль положилъ письма въ карманъ и, какъ будто подъ вліяніемъ самыхъ сильныхъ противоположныхъ ощущеній, выбѣжалъ изъ дома.
-----
Гэленъ и Віоланта разговаривали другъ съ другомъ, и Гэленъ, слѣдуя внушеніямъ своего покровителя, намекнула, хотя и вскользь, о данномъ ею словѣ выйти замужъ за Гарлея. Какъ ни была приготовлена Віоланта въ подобному признанію, какъ ни предвидѣла она таку ю развязку, какъ ни была увѣрена, что любимая мечта ея дѣтства навсегда покинула ее, но положительная истина, лишенная всякихъ прикрасъ,-- истина, высказанная самою Гэленъ, породила въ ней ту тоску, которая вполнѣ доказываетъ, что невозможно приготовить человѣческое сердце къ окончательному приговору, который уничтожаетъ все его будущее. Она не могла скрыть своего волненія отъ неопытной Гэленъ; горесть, глубоко запавшая въ сердце, рѣдко можетъ притворяться. Спустя нѣсколько минутъ она вышла изъ комнаты и, забывъ о Пешьера, обо всемъ, что напоминало ей ожидавшую ее опасность, она оставила домъ и въ раздумьи направила шаги свои посреди лишенныхъ листьевъ деревьевъ. Отъ времени до времени она останавливалась, отъ времени до времени повторяла одни и тѣ же слова:
-- Если бы еще Гэленъ любила его, я не имѣла бы права жаловаться; но она его не любитъ: иначе могла ли бы она говорить мнѣ объ этомъ такъ спокойно, могли ли бы глаза ея сохранять это грустное выраженіе! Ахъ, какъ она холодна, какъ неспособна любить!
Рандаль Лесли позвонилъ въ это время у калитки, спросилъ про Віоланту и, завидѣвъ ее издали, подошелъ къ ней съ открытымъ и смѣлымъ видомъ.
-- У меня есть къ вамъ письмо отъ вашего батюшки, синьорина, сказалъ Рандаль.-- Но прежде, нежели я отдамъ его вамъ, необходимо войти въ нѣкоторыя объясненія. Удостойте меня выслушать.
Віоланта нетерпѣливо покачала головою и протянула руку, чтобы взять письмо.
Рандаль наблюдалъ за ея движеніями своимъ проницательнымъ, холоднымъ, испытующимъ взоромъ, но не отдавалъ письма и продолжалъ, послѣ нѣкотораго молчанія:
-- Я знаю, что вы рождены для блестящей будущности, и единственное извиненіе, которое я могу представить, обращаясь къ вамъ теперь, состоятъ въ томъ, что права рожденія для васъ потеряны, если вы не будете имѣть духу соединить судьбу свою съ судьбою человѣка, который лишилъ вашего отца всего состоянія, если вы не согласитесь на бракъ, который отецъ вашъ будетъ считать позоромъ для васъ самихъ и для себя. Синьорина, я осмѣлился полюбить васъ; но я не отважился бы признаться въ этой любви, если бы вашъ батюшка не ободрилъ меня согласіемъ на мое предложеніе.
Віоланта обратила къ говорившему лицо свое, на которомъ краснорѣчиво отражалось гордое изумленіе. Рандаль встрѣтилъ взглядъ ея безъ смущенія. Онъ продолжалъ, безъ особеннаго жара, тономъ человѣка, который разсуждаетъ спокойно, но который чувствуетъ не особенно живо:
-- Человѣкъ, о которомъ я упомянулъ, преслѣдуетъ васъ. Я имѣю причины думать, что онъ уже успѣлъ видѣться и говорить съ вами.... А! ваше лицо доказываетъ это; вы видѣли значитъ Пешьера? Такимъ образомъ домъ этотъ менѣе безопасенъ, чѣмъ полагалъ вашъ отецъ. Впрочемъ, для васъ теперь одинъ домъ будетъ вполнѣ надеженъ: это домъ мужа. Я предлагаю вамъ мое имя -- имя джентльмена -- мое состояніе, которое незначительно, участіе въ моихъ надеждахъ на будущее, которыя довольно обширны. Теперь я отдаю вамъ письмо вашего батюшки и ожидаю отвѣта.
Рандаль поклонился, отдалъ письмо Віолантѣ и отступилъ на нѣсколько шаговъ.
Онъ вовсе не имѣлъ въ предметѣ возбудить къ себѣ расположеніе въ Віолантѣ, но, скорѣе, отвращеніе или страхъ,-- мы узнаемъ впослѣдствіи, съ какою цѣлію. Такимъ образомъ онъ стоялъ теперь поодаль, принявъ видъ увѣреннаго въ себѣ равнодушія, пока дѣвушка читала слѣдующія строки:
"Дитя мое, прими мистера Лесли благосклонно. Онъ получилъ отъ меня согласіе искать руки твоей. Обстоятельства, которыхъ теперь нѣтъ нужды открывать тебѣ, дѣлаютъ необходимымъ для моего спокойствія и благополучія, чтобы бракъ вашъ былъ совершенъ безотлагательно. Однимъ словомъ, я далъ обѣщаніе мистеру Лесли, и я съ увѣренностію предоставляю моей дочери выполнить обѣщаніе ея попечительнаго и нѣжнаго отца."
Письмо выпало изъ руки Віоланты. Рандаль подошелъ и подалъ его ей. Взоры ихъ встрѣтились. Віоланта оправилась.
-- Я не могу выйти за васъ, сказала она, сухо.
-- Въ самомъ дѣлѣ? отвѣчалъ Рандаль, тономъ равнодушія.-- Это потому, что мы не можете любить меня?
-- Да.
-- Я и не ожидалъ отъ васъ любви, но все-таки не оставляю своего намѣренія. Я обѣщалъ вашему батюшкѣ, что не отступлю предъ вашимъ первымъ, необдуманнымъ отказомъ.
-- Я сейчасъ поѣду къ батюшкѣ.
-- Развѣ онъ этого требуетъ въ письмѣ своемъ? Посмотрите хорошенько. Извините меня, но я заранѣе предвидѣлъ ваше высокомѣріе; у меня есть другое письмо отъ вашего отца -- къ леди Лэнсмеръ, въ которомъ онъ проситъ ее не совѣтовать вамъ ѣздить къ нему (на случай, если бы вамъ вздумалось это) до тѣхъ поръ, пока онъ не пріѣдетъ самъ или не пришлетъ за вами. Онъ поступитъ такъ, если вы оправдаете данное имъ обѣщаніе.
-- Какъ вы смѣете говорить мнѣ это и разсчитывать на мою любовь?
Рандаль иронически улыбнулся.
-- Я разсчитываю только за бракъ съ вами. Любовь есть такой предметъ, о которомъ мнѣ нужно было говорить гораздо прежде или придется говорить впослѣдствіи. Я дамъ вамъ нѣсколько времени для размышленія. Въ слѣдующій приходъ мой нужно будетъ назначить день нашей свадьбы.
-- Никогда!
-- Стало быть, вы будете единственною дочерью изъ вашего рода, которая не повинуется отцу своему; вы къ этому присоедините еще то преступленіе, что окажете ослушаніе ему въ минуту горя, изгнанія и паденія.
Віоланта ломала себѣ руки.
-- Неужели тутъ нѣтъ никакого выбора, никакого средства къ спасенію?..
-- По крайней мѣрѣ я не вижу средства ни къ тому, ни къ другому. Выслушайте меня. Я, можетъ быть, и люблю васъ; но согласитесь, что меня не ожидаетъ особенное благополучіе отъ женитьбы съ дѣвушкой, которая ко мнѣ равнодушна; честолюбіе мое не видитъ приманки въ особѣ, которая еще бѣднѣе, чѣмъ я самъ. Я женюсь единственно съ цѣлію выполнить обѣщаніе, данное вашему отцу, и спасти васъ отъ злодѣя, котораго вы должны болѣе ненавидѣть, чѣмъ меня, и отъ котораго не защитятъ васъ никакія стѣны, не оградятъ никакіе законы. Только одна особа, можетъ быть, была бы въ состояніи избавить васъ отъ несчастія, котораго вы ожидаете въ союзѣ со мною; эта особа могла бы разрушить планы врага вашего отца, возвратить отцу вашему права его и всѣ почести; это....
-- Лордъ л'Эстренджъ?
-- Лордъ л'Эстренджъ! повторилъ Рандаль, волна и наблюдая за движеніемъ ея блѣдныхъ губъ и перемѣнами, происходившими въ лицѣ ея: -- лордъ л'Эстренджъ! почему же именно онъ? почему вы назвали его?
Віоланта потупила взоръ.
-- Онъ спасъ уже однажды отца моего, произнесла она съ чувствомъ.
-- И послѣ того хлопоталъ, суетился, обѣщалъ Богъ знаетъ что, а между тѣмъ, къ какому результату привели всѣ его хлопоты? Особу о которой я говорю, вашъ отецъ не согласился бы увидать, не повѣрилъ бы ей, если бы даже съ нею увидался, между тѣмъ она великодушна, благодарна, въ состояніи сочувствовать вамъ обоимъ. Это сестра врага вашего отца -- маркиза ди-Негра. Я увѣренъ, что она имѣетъ большое вліяніе за своего брата, что она слишкомъ хорошо посвящена въ его тайны, чтобы страхомъ заставить его отказаться отъ всѣхъ видовъ за васъ; но, впрочемъ, къ чему я распространяюсь о ней?
-- Нѣтъ, нѣтъ! вскричала Віоланта.-- Скажите мнѣ, гдѣ она живетъ: я желаю съ нею видѣться.
-- Извините: а не могу исполнитъ вашего желанія; самолюбіе этой женщины задѣто теперь несчастнымъ предубѣжденіемъ отца вашего противъ нея. Теперь слишкомъ поздно разсчитывать на ея содѣйствіе. Вы отворачиваетесь отъ меня? мое присутствіе вамъ ненавистно? Я избавлю васъ отъ него теперь. Но пріятно или непріятно это вамъ, а вамъ придется современемъ переносить его въ продолженіе всей вашей жизни.
Рандаль опять поклонился по всѣмъ правиламъ этикета, отправился къ дому и спросилъ леди Лэнсмеръ. Графиня была дома. Рандаль отдалъ записку Риккабокка, которая была очень коротка, заключая въ себѣ лишь опасенія, что Пешьера открылъ убѣжище изгнанника, и просьбы, чтобы лэди Лэнсмеръ удержала у себя Віоланту, даже противъ ея желанія, впредь до особаго распореженія со стороны отца по этому предмету.
-- Примите всѣ мѣры предосторожности, графиня, умоляю васъ.-- Какъ ни безразсудны намѣренія Пешьера, но гдѣ есть сильная воля, тамъ и путь къ успѣху.
Сказавъ это, Рандаль распрощался съ леди Лэнсмеръ, отправился къ госпожѣ Негра и, пробывъ съ всю часъ, поѣхалъ въ Ламмеръ.
-----
-- Рандаль, сказалъ сквайръ, который смотрѣлъ очень изнуреннымъ и болѣзненнымъ, но который не хотѣлъ признаться, что очень груститъ и безпокоится о своемъ непослушномъ сынѣ: -- Рандаль, тебѣ нечего дѣлать въ Лондонѣ; не можешь ли ты переѣхать ко мнѣ жить у меня и заняться хозяйствомъ? Я помню, что ты показалъ очень основательныя свѣдѣнія насчетъ мелкаго сѣянія.
-- Дорогой мой сэръ, я не премину пріѣхать къ вамъ, лишь только кончатся общіе выборы.
-- А что тебѣ за надобность въ этихъ общихъ выборахъ?
-- Мистеръ Эджертонъ желаетъ, чтобъ я поступилъ въ Парламентъ; потому дѣйствія для этой цѣли теперь въ ходу.
Сквайръ поникнулъ головою.
-- Я не раздѣляю политическихъ убѣжденій моего полу-брата.
-- Я буду совершенно независимъ отъ нихъ, вскричалъ Рандаль, съ увлеченіемъ.-- Эта-то независимость и есть то положеніе, которое привлекаетъ меня.
-- Пріятно слышать; а если ты вступишь въ Парламентъ, ты, вѣрно, не поворотишься спиною къ своей отчизнѣ?
-- Поворотиться спиною къ родинѣ! воскликнулъ Рандаль тономъ благочестиваго ужаса.-- О, сэръ, я еще не такой извергъ!
-- Вотъ настоящее выраженіе для названія подобнаго человѣка, проговорилъ довѣрчивый сквайръ: -- это изверги въ самомъ дѣлѣ! Это значитъ повернуться спиною къ своей матери! Родина для никъ та же мать.
-- Для тѣхъ, кто живетъ ея силами, безъ сомнѣнія, мать, отвѣчалъ Рандаль, съ важнымъ видомъ.-- И хотя мой отецъ скорѣе умираетъ съ гододу, чѣмъ живетъ по милости этой матери, хотя Рудъ-Голлъ не похожъ на Гэзельденъ, все-таки я....
-- Поудержи свой языкъ, прервалъ сквайръ: -- мнѣ нужно поговоритъ съ тобою. Твоя бабушка была изъ рода Гезельденовъ.
-- Ея портретъ виситъ въ залѣ Руда. Всѣ говорятъ, что я очень похожъ на нее.
-- Въ самомъ дѣлѣ! сказалъ сквайръ: -- Гезельдены большею частію были крѣпкаго сложенія и съ здоровымъ румянцемъ на щекахъ, чего у тебя вовсе нѣтъ. Но ты, конечно, не виноватъ въ томъ. Мы всѣ таковы, какими созданы. Впрочемъ, поговоримъ о дѣлѣ. Я намѣренъ измѣнитъ свое духовное завѣщаніе (съ продолжительнымъ вздохомъ). Тутъ предстоитъ адвокатамъ заняться серьёзно.
-- Прошу васъ.... прошу васъ, сэръ, не говорите мнѣ о подобныхъ вещахъ. Д не могу даже подумать о возможности....
-- Моей смерти! Ха, ха! Какой вздоръ. Да мой собственный сынъ разсчитываетъ на мою кончину и чуть ли не обозначалъ самый день ея въ своихъ векселяхъ. Ха, ха, ха! Вполнѣ образованный сынокъ!
-- Бѣдный Франкъ! не заставляйте его страдать за минутное забвѣніе своихъ обязанностей въ отношеніи къ вамъ. Когда онъ женится на бѣдной иностранкѣ и самъ будетъ отцомъ, онъ...
-- Отцомъ! вскричалъ сквайръ, съ негодованіемъ:-- отцомъ какой нибудь гурьбы хилыхъ ребятишекъ! Никакая басурманская тварь не ляжетъ въ моемъ фамильномъ склепѣ въ Гезельденѣ. Нѣтъ, нѣтъ! Не не смотри же на меня съ такимъ упрекомъ.... я не хочу лишать Франка наслѣдства.
-- Еще бы! замѣтилъ Рандаль, съ судорожнымъ движеніемъ губъ, спорившимъ съ радостною улыбкою, которую онъ старался выказать.
-- Нѣтъ.... я предоставляю ему въ пожизненное пользованіе большую часть моего имѣнія; но если онъ женится на иностранкѣ, то дѣти не будутъ имѣть права на наслѣдство.... въ такомъ случаѣ ояо перейдетъ къ тебѣ. Но.... (не прерывай меня пожалуста) ко Франкъ, кажется, проживетъ дальше, чѣмъ ты; значитъ тебѣ не за что очень благодарить меня. Впрочемъ, я не ограничусь и въ отношеніи къ тебѣ однимъ лишь обѣщаніемъ. Какихъ мыслей ты насчетъ женитьбы?
-- Я совершенно готовъ слѣдовать вашимъ указаніямъ, отвѣчалъ Рандаль, съ покорностію.
-- Прекрасно. Тутъ есть одна миссъ -- богатая наслѣдница, которая тебѣ была бы очень подъстать. Ея земля смежна съ землею Руда. Я когда-то мѣтилъ на нее для моего болвана-сына. Но теперь я думаю устроить твою женитьбу съ этою дѣвушкою. Имѣніе ея заложено; старикъ Стикторайтсъ очень будетъ доволенъ выплатить долгъ. Я переведу залогъ на Гэзельденъ и очищу ему имѣніе. Ты понимаешь? Пріѣзжай же поскорѣе и старайся понравиться леди.
Рандаль выразилъ благодарность свою самымъ краснорѣчивымъ образомъ; но при этомъ онъ далъ замѣтить очень тонко, что если сквайръ столь добръ, что намѣренъ отдѣлить ему часть своего денежнаго капитала (конечно, безъ ущерба для Франка), по моему, гораздо полезнѣе бы было воротить нѣкоторые земляные участки, принадлежавшіе прежде Руду, чѣмъ получить всю дачу Стикторайтса, хотя бы и свободную отъ всѣхъ другихъ залоговъ, кромѣ прекрасной наслѣдницы.
Сквайръ выслушалъ Рандаля съ благосклоннымъ вниманіемъ. Подобное желаніе онъ, какъ помѣщикъ, вполнѣ понималъ и не могъ не сочувствовать ему. Онъ обѣщалъ подумать объ этомъ предметѣ и сообразить средства свои къ выполненію желанія Рандаля.
Рандаль отправился теперь къ Эджертону. Государственный человѣкъ сидѣлъ у себя въ гостиной, повѣряя вмѣстѣ съ своимъ управителемъ денежные счеты и отдавая необходимыя приказанія для приведенія своего хозяйства въ размѣры хозяйства частнаго человѣка.
-- Я, можетъ быть, уѣду за границу если не успѣю на выборахъ, сказалъ Эджертонъ, удостоивая слугу объясненіемъ причинъ, почему онъ старается сократить своя расходы: -- если же я и не понесу неудачи, то все-таки, состоя внѣ правительственной службы, буду жить скорѣе какъ человѣкъ частный.
-- Смѣю ли обезпокоить васъ сэръ? сказалъ Рандаль, входя.
-- Войдите: я уже окончилъ.
Управитель удалился, удивленный и недовольный намѣреніями своего господина; онъ также рѣшился отойти отъ своего мѣста, но только не съ цѣлію копить деньги, а съ цѣлію тратить накопленное.
-- Я уладилъ дѣло въ нашемъ комитетѣ, сказалъ Эджертонъ: -- и съ согласія лорда Лэнсмера вы будете представителемъ мѣстечка такъ же, какъ и я самъ. Если же со мною случится что нибудь особенное, если какимъ бы то ни было образомъ я оставлю свое мѣсто, то вы можете занять его: это, вѣроятно, послѣдуетъ въ скоромъ времени. Постарайтесь сблизиться съ избирателями, ищите возможности говорить съ трибуны за насъ обоихъ. Я буду заниматься исполненіемъ моей прямой обязанности и предоставлю дѣло выборовъ вамъ. Не благодарите: вы знаете, какъ я не люблю, когда меня благодарятъ. Прощайте.
-- Я никогда еще не стоялъ такъ близко къ счастію и власти, повторялъ Рандаль, сбираясь лечь въ постель. А всѣмъ этимъ я обязавъ своимъ познаніямъ -- познанію людей, жизни, всего, чему мы можемъ научиться изъ книгъ....
-----
-- Вы знаете маркизу ди-Негра? спросила Віоланта, въ этотъ вечеръ, у Гарлея, который провелъ весь день у своего отца.
-- Немного. Почему вы спрашиваете объ этомъ?
-- Это моя тайна, отвѣчала Віоланта, стараясь улыбнуться.-- Скажите, лучше ли она своего брата, по вашему мнѣнію?
-- Безъ сомнѣнія. Мнѣ кажется, что у нея доброе сердце и что въ ней вообще много прекрасныхъ свойствъ.
-- Не можете ли вы убѣдить батюшку повидаться съ нею? не можете ли вы посовѣтовать ему это сдѣлать?
-- Каждое желаніе ваше для меня законъ, отвѣчалъ Гарлей полушутливымъ тономъ.-- Вы хотите, чтобы вашъ батюшка повидался съ нею? Я попробую уговорить его. Теперь въ награду откройте мнѣ вашу тайну. Какая цѣль у васъ въ этомъ случаѣ?
-- Возможность возвратиться въ Италію. Я не забочусь о почестяхъ, блестящемъ положеніи въ обществѣ; даже батюшка пересталъ уже сожалѣть о потерѣ того и другого. Но отечество, родина -- о, неужели я не увижу болѣе родной стороны! Неужели мнѣ придется умереть здѣсь!
-- Умереть! Дитя, вы такъ еще недавно спорхнули съ неба, что говорите о возвращеніи туда, минуя долгій путь печали, страданій и дряхлости! Я, я все думалъ, что вы довольны Англіей. Почему вы такъ спѣшите ее оставить? Віоланта, вы несправедливы къ намъ, несправедливы къ Гэленъ, которая такъ искренно любитъ васъ.