III.
Братство.
Спасая жизнь Карла, Генрихъ спасъ больше нежели просто жизнь человѣка; онъ остановилъ перемѣну государей въ трехъ королевствахъ.
Еслибъ Карлъ IX былъ убитъ, герцогъ д'Анжу. сдѣлался бы королемъ французскимъ, д'Алансонъ, по всей вѣроятности, польскимъ. Что касается до Наварры, то д'Анжу былъ въ связи съ г-жею де-Конде и, вѣроятно, наваррская корона наградила бы ея мужа за услужливость жены.
Во всемъ этомъ не было бы ничего для Генриха. Онъ очутился бы во власти другаго государя,-- и только мѣсто Карла, который терпѣлъ его, заступилъ бы д'Анжу, у котораго была одна голова и одно сердце съ Катериной, который поклялся въ его смерти и, конечно, сдержалъ бы свое слово.
Все это разомъ пришло ему въ голову, когда кабанъ бросился на Карла; мы видѣли, что было слѣдствіемъ мысли, что съ жизнью Карла связана его собственная жизнь.
Карла спасла преданность, источника которой онъ не могъ постигнуть.
Но Маргерита поняла все и удивлялась странному мужеству Генриха, сверкающему, подобно молніи, только во время бури.
Къ-несчастію, избавиться отъ власти д'Анжу было еще не все: надо было самому сдѣлаться королемъ; надо было поспорить за Наварру съ д'Алансономъ и Конде; надо было, главное, оставить этотъ дворъ, гдѣ тропинки вели между пропастей, -- и притомъ надо было оставить его подъ покровительствомъ французскаго принца.
Генрихъ, возвращаясь изъ Бонди, обдумывалъ свое положеніе. Когда пріѣхали въ Лувръ, планъ у него былъ готовъ.
Не переодѣваясь, весь въ пыли и крови, пошелъ онъ къ д'Алансону; онъ нашелъ его очень-встревоженнымъ; герцогъ большими шагами ходилъ по комнатѣ.
Увидѣвъ Генриха, д'Алансонъ сдѣлалъ особенное движеніе.
-- Да, я, понимаю, сказалъ Генрихъ, взявъ его за обѣ руки: -- вы сердитесь на меня за то, что я первый замѣтилъ, что ваша пуля раздробила лошади ногу, вмѣсто того, чтобъ убить кабана, какъ вы хотѣли. Что дѣлать! Я не могъ удержаться отъ движенія. Впрочемъ, король замѣтилъ бы это и безъ того; не правда ли?
-- Разумѣется, разумѣется, проговорилъ герцогъ.-- Впрочемъ, я не могу приписать этого доноса ничему другому, какъ злому намѣренію съ вашей стороны; слѣдствіемъ этого, вы сами видѣли, было то, что Карлъ подозрѣваетъ во мнѣ умыселъ.
-- Мы сейчасъ поговоримъ объ этомъ обстоятельнѣе. Что касается до моего злаго намѣренія, я нарочно пришелъ къ вамъ, чтобъ сослаться на собственный вашъ судъ.
-- Хорошо; говорите, я слушаю.
-- Когда я выскажу вамъ все, Франсуа, вы увидите, злы ли мои намѣренія; довѣренность, которую я хочу оказать вамъ, исключаетъ всякое благоразуміе, всякую осторожность. Когда я скажу вамъ то, что хочу сказать, вы можете погубить меня однимъ словомъ.
-- Что же это такое? спросилъ герцогъ, начиная тревожиться.
-- И при всемъ томъ, продолжалъ Генрихъ: -- я долго не рѣшался говорить вамъ объ этомъ, особенно послѣ сегодняшней вашей глухоты или недогадливости.
-- Не понимаю, право, что вы хотите сказать, Генрихъ! сказалъ д'Алансонъ блѣднѣя.
-- Ваши интересы слишкомъ-близки для меня.-- Я долженъ предварить васъ, что гугеноты сдѣлали мнѣ предложенія.
-- Предложенія? какія?
-- Одинъ изъ нихъ, де-Муи де-Сен-Фаль, сынъ храбраго де-Муи, убитаго Морвелемъ, вы знаете...
-- Да.
-- Ну, такъ онъ пришелъ ко мнѣ, рискуя своею жизнью, за тѣмъ, чтобъ доказать мнѣ, что я въ плѣну.
-- Скажите! Что же вы ему отвѣчали?
-- Вы знаете, что я искренно люблю Карла, спасшаго мнѣ жизнь, и что королева Катерина замѣнила мнѣ мать. Я отказался отъ всѣхъ его предложеній.
-- А что онъ вамъ предлагалъ?
-- Гугеноты хотятъ возстановить наваррскій престолъ, и такъ-какъ онъ принадлежитъ мнѣ по наслѣдству, они предложили мнѣ его.
-- Да; и г. де-Муи получилъ отъ васъ, вмѣсто согласія, отказъ?
-- Формальный; но послѣ... продолжалъ Генрихъ.
-- Вы пожалѣли? прервалъ его д'Алансонъ.
-- Нѣтъ, я только замѣтилъ, если не ошибаюсь, что де-Муи, недовольный мною, обратился къ другому.
-- Къ кому же? живо спросилъ Франсуа.
-- Не знаю. Можетъ-быть, къ принцу Конде.
-- Да, это очень-легко можетъ быть!
-- Впрочемъ, я безошибочно могу узнать, кого онъ выбралъ себѣ въ предводители.
Франсуа поблѣднѣлъ.
-- Но гугеноты раздѣлены между собою, продолжалъ Генрихъ:-- и де-Муи, какъ ни храбръ и благороденъ, представитель только половины ихъ. Другая половина, которою пренебрегать нельзя, не потеряла надежды возвести на престолъ Генриха-Наваррскаго, который не рѣшился съ перваго раза, но потомъ могъ еще одуматься.
-- Вы думаете?
-- Я съ каждымъ днемъ удостовѣряюсь въ этомъ больше и больше. Отрядъ всадниковъ, примкнувшій къ намъ на охотѣ,-- замѣтили вы, изъ какихъ людей онъ состоялъ?
-- Изъ обращенныхъ.
-- Узнали вы ихъ начальника, который дѣлалъ мнѣ знаки?
-- Да; виконтъ Тюреннъ.
-- И поняли вы, чего они хотѣли?
-- Да; они предлагали вамъ бѣжать.
-- Значитъ, ясно, что есть другая партія, которая хочетъ не того, чего хочетъ де-Муи, -- да, и очень-сильная партія, говорю вамъ. Для успѣха необходимо соединить эти двѣ партіи, Тюренна и де-Муи. Заговоръ развивается; войска назначены; ждутъ только сигнала. Положеніе важно, и я долженъ быстро на что-нибудь рѣшиться; но я колеблюсь между двумя рѣшеніями, о которыхъ пришелъ посовѣтоваться съ вами, какъ съ другомъ.
-- Скажите лучше, какъ съ братомъ.
-- Да, какъ съ братомъ.
-- Говорите же, я васъ слушаю.
-- Во-первыхъ, я долженъ раскрыть передъ вами состояніе моего духа. Во мнѣ нѣтъ ни желанія, ни честолюбія, ни способностей; я просто мирный деревенскій дворянинъ; ремесло заговорщика, въ моихъ глазахъ, не вознаграждается даже почти-вѣрною перспективою престола.
-- Вы клевещете на себя. Я вамъ не вѣрю.
-- А между-тѣмъ это до такой степени правда, что еслибъ у меня былъ истинный другъ, я отрекся бы въ его пользу отъ власти, которою хочетъ облечь меня моя партія;-- но, прибавилъ Генрихъ со вздохомъ: -- у меня нѣтъ такого друга.
-- Можетъ-быть, и есть. Я увѣренъ, что вы ошибаетесь.
-- Нѣтъ, ventre-saint-gris! Кромѣ васъ, никто ко мнѣ не привязанъ; если предоставить это предпріятіе самому-себѣ, оно распадется и изобличитъ какого-нибудь... недостойнаго человѣка... Лучше, я думаю, открыть все королю. Я никого не назову, -- но катастрофа будетъ предупреждена.
-- Боже! воскликнулъ д'Алансонъ, будучи не въ-состояніи скрыть своего ужаса. Что вы это говорите? Вы единственная надежда вашей партіи со смерти адмирала; вы, обращенный гугенотъ, обращенный плохо (такъ позволительно по-крайней-мѣрѣ думать), вы занесете ножъ на своихъ братьевъ? Генрихъ! Генрихъ! Знаете ли, что вы готовите всѣмъ кальвинистамъ новую варѳоломеевскую ночь? Знаете ли вы, что Катерина ждетъ только благопріятнаго случая, чтобъ дорѣзать всѣхъ, оставшихся въ живыхъ?
Герцогъ дрожалъ; красныя пятна выступили у него на лицѣ; онъ жалъ Генриху руку, умоляя его отказаться отъ этого пагубнаго намѣренія.
-- Какъ! сказалъ Генрихъ съ удивительнымъ простодушіемъ:-- вы думаете, что это повлечетъ за собою столько несчастій? Но, взявъ слово съ короля, я думаю, можно быть покойнымъ на-счетъ безразсудныхъ.
-- Слово короля Карла... развѣ не давалъ онъ его адмиралу? Телиньи? вамъ самимъ? Говорю вамъ, Генрихъ, если вы это сдѣлаете, вы погубите всѣхъ ихъ; не только ихъ, но и всѣхъ, кто былъ съ ними въ прямыхъ или посредственныхъ сношеніяхъ.
Генрихъ подумалъ съ минуту.
-- Будь я важнымъ лицомъ при дворѣ, сказалъ онъ;-- я поступилъ бы иначе; на вашемъ мѣстѣ, на-примѣръ, Франсуа, на мѣстѣ французскаго принца крови, вѣроятнаго наслѣдника престола...
Франсуа иронически покачалъ головою.
-- Что же бы вы сдѣлали на моемъ мѣстѣ? спросилъ онъ.
-- На вашемъ мѣстѣ я сдѣлался бы главою заговора. Имя и вѣсъ ручались бы за жизнь заговорщиковъ, и я извлекъ бы пользу, во-первыхъ, для себя, а тамъ, можетъ-быть, и для короля. Безъ этого, ихъ предпріятіе можетъ причинить величайшее зло Франціи.
Франсуа выслушалъ эти слова съ радостью; лицо его прояснилось.
-- Думаете ли вы, сказалъ онъ:-- что это средство возможно, и что оно избавитъ насъ отъ всѣхъ этихъ несчастій?
-- Я думаю, отвѣчалъ Генрихъ.-- Гугеноты васъ любятъ; ваша скромная наружность, ваше возвышенное положеніе, доброе расположеніе, которое вы всегда имъ оказывали, -- все побуждаетъ ихъ служить вамъ.
-- Но партія раздѣлена. Ваши захотятъ ли быть моими?
-- Я берусь примирить ихъ съ вами двумя средствами.
-- Какими?
-- Во-первыхъ, довѣренностью, которую имѣютъ ко мнѣ предводители моей партіи; во-вторыхъ, боязнью, что вы, зная ихъ поименно...
-- Кто же назоветъ мнѣ ихъ?
-- Я, ventre-saint-gris!
-- Вы сдѣлаете это?
-- Послушайте, Франсуа, я уже сказалъ вамъ, что люблю здѣсь только васъ... можетъ-быть, отъ-того, что васъ преслѣдуютъ такъ же, какъ и меня; да и жена моя горячо къ вамъ привязана.
Франсуа покраснѣлъ отъ удовольствія.
-- Повѣрьте мнѣ, продолжалъ Генрихъ:-- возьмитесь за это дѣло, царствуйте въ Наваррѣ; оставьте мнѣ только мѣстечко за вашимъ столомъ и лѣсъ, гдѣ я могъ бы охотиться,-- я буду-счастливъ.
-- Царствовать въ Наваррѣ; но если...
-- Если герцога д'Анжу изберутъ въ короли польскіе, не такъ ли? Я договариваю вашу мысль...
Герцогъ взглянулъ на Генриха съ какимъ-то ужасомъ.
-- Послушайте, Франсуа, продолжалъ Генрихъ: -- отъ васъ ничто не ускользаетъ, и я разсуждаю именно на основаніи этого предположенія: если герцогъ д'Анжу будетъ избранъ королемъ польскимъ и братъ Карлъ,-- чего Боже сохрани!-- скончается, то отъ По до Парижа всего двѣсти льё, а отъ Парижа до Кракова четыреста,-- и вы поспѣете сюда получить наслѣдство какъ-разъ къ тому времени, какъ король польскій узнаетъ о кончинѣ брата. Тогда, если вы будете довольны мною, вы дадите мнѣ Королевство-Наваррское, и оно будетъ только цвѣткомъ въ вашей коронѣ; такимъ-образомъ, я согласенъ принять его. Худшее, что можетъ васъ постигнуть,-- это остаться тамъ и быть родоначальникомъ покой династіи королей, живя со мною и съ моею женою; тогда какъ здѣсь, что вы?-- бѣдный, преслѣдуемый принцъ, третій сынъ короля, рабъ двухъ старшихъ, которые вольны запереть васъ въ Бастилію, когда имъ вздумается.
-- Да, да; я это самъ чувствую и такъ глубоко, что, право, для меня непонятно, какъ вы отказались отъ этого плана. Не-уже-ли у васъ тутъ ничего не бьется?
Герцогъ приложилъ руку къ сердцу Генриха.
-- Есть тяжести, отвѣчалъ Генрихъ: -- которыя не по силамъ для иныхъ рукъ. Я не хочу пробовать поднимать эту тяжесть; трудъ уничтожаетъ во мнѣ желаніе.
-- Итакъ, вы серьёзно отказываетесь?
-- Я сказалъ это де-Муи и повторяю вамъ.
-- Но въ подобныхъ обстоятельствахъ словъ мало; надо доказательства.
Генрихъ вздохнулъ, какъ борецъ, который чувствуетъ, что противникъ его подается.
-- Я могу вамъ доставить ихъ сегодня вечеромъ; въ девять часовъ, списокъ предводителей и планъ всего предпріятія будутъ у васъ.
Франсуа горячо пожалъ руку Генриха.
Въ эту минуту, вошла Катерина, безъ доклада, какъ и всегда входила.
-- Вмѣстѣ? сказала она улыбаясь.-- Добрые братья!
-- Надѣюсь, сказалъ Генрихъ съ величайшимъ хладнокровіемъ,-- между-тѣмъ, какъ герцогъ блѣднѣлъ отъ страха.
Потомъ онъ отошелъ на нѣсколько шаговъ, чтобъ дать Катеринѣ возможность поговорить съ сыномъ.
Королева достала изъ кошелька богатый аграфъ.
-- Этотъ аграфъ получила я изъ Флоренціи, сказала она:-- возьми его себѣ, Франсуа, и носи на перевязи шпаги.
Потомъ она прибавила въ-полголоса:
-- Если ты сегодня вечеромъ услышишь шумъ въ комнатѣ Генриха, не трогайся съ мѣста.
Франсуа пожалъ руку матери и сказалъ:
-- Позволите показать ему этотъ чудесный подарокъ?
-- Даже подари его ему отъ своего и моего имени; я уже заказала ему такой же аграфъ.
-- Слышите, Генрихъ, сказалъ Франсуа:-- матушка подарила мнѣ вотъ этотъ аграфъ,-- и онъ тѣмъ драгоцѣннѣе для меня, что она позволила передать его вамъ.
Генрихъ пришелъ въ восхищеніе и разсыпался въ благодарности.
-- Я немного-нездорова и пойду отдохнуть, сказала Катерина, когда восторгъ его нѣсколько утихъ.-- Карлъ тоже не оправился еще отъ паденія и лежитъ. Мы будемъ ужинать каждый у себя. Ахъ, я забыла поблагодарить васъ: вы спасли короля и будете награждены.
-- Я уже вознагражденъ, отвѣчалъ Генрихъ, кланяясь,
-- Чувствомъ исполненнаго долга? сказала Катерина: -- этого недовольно. Повѣрьте, я и Карлъ постараемся не остаться у васъ въ долгу.
Генрихъ поклонился и вышелъ.
-- А! подумалъ онъ, уходя:-- теперь, мой милый братецъ, я увѣренъ, что не уѣду безъ тебя. У заговора было сердце, теперь у него есть голова, а что всего лучше, такъ это то, что эта голова отвѣчаетъ за мою. Только надо быть осторожнѣе: Катерина дѣлаетъ мнѣ подарокъ, обѣщаетъ награду: -- тутъ что-нибудь да кроется. Поговорю вечеромъ съ Маргеритой.