ГЛАВА XLVII.
Деронда съ такимъ удовольствіемъ занимался всѣми подробностями туалета Мардохея и меблировки квартиры, какъ будто онъ былъ художникомъ и подбиралъ эффекты, для своей картины. Онъ уже предвкушать то впечатлѣніе, которое произведетъ на всѣхъ Мардохей, въ его сѣрой шерстяной фуфайкѣ и длинномъ коричневомъ халатѣ, походившемъ на францисканскую рясу. Конечно, при этомъ главной его заботой было удалить отъ Миры всякую непріятность въ ея совмѣстной жизни съ братомъ; но, устроивъ все какъ можно лучше, онъ невольно спрашивалъ себя, не ошибался-ли онъ на счетъ ея чувствъ: очень можетъ быть, что среди бѣдной обстановки она, подобно ему самому, скорѣе поняла-бы величіе ея брата. Однако, ему надо было думать не объ одной Мирѣ, а также о томъ, чтобы расположить въ пользу Мардохея все семейство Мейрикъ, а потому онъ еще болѣе старался удалить всякій малѣйшій поводъ для возбужденія въ нихъ обычнаго чувства отвращенія къ евреямъ. Онъ еще удвоилъ-бы эти усилія, если-бъ услышалъ разговоръ м-съ Мейрикъ со своими дѣтьми однажды вечеромъ, послѣ того, какъ Мира ушла спать.
-- Сядьте всѣ вокругъ меня,-- сказала м-съ Мейрикъ.-- Кэти, потуши свѣчу, а ты, Гансъ, перестань хохотать въ девяносто девятый разъ надъ одними и тѣми-же стихами. Я вамъ должна разсказать что-то очень важное.
-- Я это видѣла уже давно по вашимъ глазамъ и таинственнымъ отлучкамъ изъ дому,-- отвѣтила Кэти. Всѣ разсѣлись вокругъ матери, а Гансъ сѣлъ верхомъ на стулъ и уперся подбородкомъ въ спинку.
-- Если ужъ ты такая умница, то, можетъ быть, ты знаешь, братъ Миры найденъ,-- произнесла м-съ Мейрикъ.
-- А чортъ бы его побралъ!-- воскликнулъ Гансъ.
-- Какъ тебѣ не стыдно?-- сказала Мабъ;-- а, если-бъ ты у насъ пропалъ!
-- Я тоже не могу не пожалѣть объ этомъ,-- произнесла Кети.-- А ея мать? гдѣ она?
-- Она умерла.
-- Я надѣюсь, что ея братъ -- хорошій человѣкъ,-- сказала Эми.
-- А я надѣюсь, что онъ далеко не похожъ на ассирійца въ Хрустальномъ дворцѣ?...-- промолвилъ Гансъ, нахмуривъ брови.
-- Я никогда не видывала такихъ безчувственныхъ дѣтей,-- сказала м-съ Мейрикъ, еще болѣе подстрекаемая къ пламенной защитѣ Мардохея благодаря оппозиціи;-- вы нисколько не думаете о радости Миры!
-- Но она своего брата еле помнитъ,-- замѣтила Кэти.
-- Люди, пропадавшіе двѣнадцать лѣтъ, не должны отыскиваться,-- произнесъ Гансъ:-- они всѣмъ только мѣшаютъ.
-- Гансъ!-- проговорила съ упрекомъ м-съ Мейрикъ,-- если-бъ я пропадала двадцать лѣтъ, то...
-- Я говорилъ о двѣнадцати годахъ,-- перебилъ ее Гансъ:-- за такой длинный срокъ пропавшій родственникъ, пропалъ бы на-всегда.
-- А все-же, хорошее дѣло находить пропавшихъ,-- сказала Мабъ.-- Его отыскалъ принцъ Камарильзаманъ?
М-съ Мейрикъ разсказала подробно все, что знала, а потомъ прибавила:
-- М-ръ Деронда съ уваженіемъ и восторгомъ отзывается о Мардохеѣ. Онъ говоритъ, что Мира, именно, и способна оцѣнить такого брата.
-- Деронда помѣшанъ на жидахъ!-- воскликнулъ Гансъ съ отвращеніемъ и, вскочивъ, швырнулъ отъ себя стулъ;-- онъ хочетъ только усилить въ Мирѣ ея предразсудки.
-- Стыдись, Гансъ, такъ говорить о м-рѣ Дерондѣ,-- заступилась Мабъ.
-- И мы уже теперь никогда не будемъ просиживать попрежнему цѣлые вечера,-- продолжалъ Гансъ, ходя взадъ и впередъ по комнатѣ;-- Этотъ пророкъ Елисей будетъ вѣчно торчать между нами, а Миру вѣчно будетъ занимать одна мысль -- какъ-бы отправиться въ Іерусалимъ. Помните мое слово: ее совершенно испортятъ и, вмѣсто артистки, сдѣлаютъ ханжей. Все пойдетъ къ чорту. Мнѣ остается только спиться съ круга -- и окончательно пропасть.
-- Фи, Гансъ!-- произнесла Кэти съ нетерпѣніемъ,-- Мужчины -- это самыя ужасныя чудовища на свѣтѣ. Все непремѣнно должно сдѣлаться по ихъ желанію, или они становятся нестерпимы!
-- Совершенно вѣрно! Я ихъ ненавижу! Какъ бы я желала поселиться въ разрушенной и вновь отстроенной Ниневіи, безъ этихъ гадкихъ мужчинъ?
-- Я желала-бы знать, зачѣмъ ты, Гансъ, былъ въ университетѣ и всему учился, если ты такой ребенокъ,-- сказала Эми;-- надо примириться съ человѣкомъ, котораго посылаетъ намъ Провидѣніе.
-- Надѣюсь, что вамъ всѣмъ понравится эта ходячая Іереміяда,-- отвѣтилъ Гансъ, схватывая шляпу; -- не къ чему быть самостоятельнымъ человѣкомъ, если необходимо подчиняться какому-то съумасшедшему. Тогда лучше быть старымъ башмакомъ, а я не башмакъ и не старый. Ну, прощайте, мама,-- прибавилъ онъ, поспѣшно цѣлуя м-съ Мейрикъ и въ дверяхъ уже прибавилъ;-- прощайте, дѣвченки!
-- Если-бъ только Мира видѣла, какъ ты ведешь себя!-- воскликнула Кэти. Но Гансъ не удостоилъ ее отвѣтомъ и громко хлопнулъ дверью. Какъ-бы я желала видѣть Миру въ ту минуту, когда м-ръ Деронда объявитъ ей эту новость. Я знаю: она будетъ великолѣпна!
Обдумавъ хорошенько все, Деронда написалъ м-съ Мейрикъ письмо, въ которомъ просилъ ее разсказать Мирѣ все, подъ предлогомъ, что онъ желаетъ остаться съ Мардохеемъ и ожидать ея пріѣзда съ Мирой. Въ сущности-же, ему было противно лично выдавать себя за всеобщаго благодѣтеля.
Въ глубинѣ своей души Деронда чувствовалъ нѣкоторое безпокойство о томъ, какъ встрѣтитъ сестру Мардохей, привыкшій столько лѣтъ въ одиночествѣ предаваться всецѣло своимъ восторженнымъ идеямъ. Конечно, онъ выказывалъ теплое расположеніе къ семейству Коганъ, особенно-къ маленькому Якову, но онъ къ нимъ привыкалъ впродолженіи нѣсколькихъ лѣтъ; Деронда съ удивленіемъ замѣчалъ, что Мардохей ничего не распрашивалъ о Мирѣ, а молча подчинялся перемѣнѣ, происшедшей въ его жизни. Онъ послушно, какъ ребенокъ, надѣлъ свою новую одежду и только съ улыбкой сказалъ:
-- Вы знаете? я желалъ-бы сохранить свое старое платье, какъ чудное воспоминаніе о прошломъ.
Когда наступило время для перваго посѣщенія Миры, Мардохей сѣлъ въ кресло и, закрывъ глаза, упорно молчалъ; но его руки и вѣки нервно дрожали. Онъ находился въ томъ нервномъ состояніи, которое свойственно людямъ, направившимъ въ одну извѣстную точку все свое умственное бытіе и вдругъ побуждаемымъ своротить въ сторону отъ избраннаго имъ пути. Впечатлительная натура пугается встрѣчи съ прошедшимъ, отъ котораго она уже давно отвернулась; быть можетъ, въ этой встрѣчѣ кроется радость, но и радость часто бываетъ страшна.
Деронда также чувствовалъ какое-то безпокойство и, услыхавъ звонокъ, тотчасъ-же пошелъ Мирѣ на-встрѣчу. Онъ съ изумленіемъ увидѣлъ, что на ней была старая шляпка и тотъ самый бурнусъ, въ которомъ она когда-то хотѣла утопиться въ Темзѣ. М-съ Мейрикъ не менѣе его изумилась этому костюму, когда Мира вышла изъ своей комнаты.
-- Вы хотите пойти къ брату въ этой одеждѣ?-- спросила она.
-- Да, братъ мой бѣденъ, и я хочу быть какъ можно ближе къ нему: а то онъ станетъ меня чуждаться,-- отвѣтила Мира, воображавшая, что увидитъ Мардохея въ одеждѣ простого рабочаго.
Деронда не могъ промолвить ни слова; но ему стало стыдно, что онъ такъ хлопоталъ о приличной внѣшней обстановкѣ для нихъ обоихъ. Мира была очень блѣдна и задумчива; они молча пожали другъ другу руку.
Когда Деронда отворилъ дверь и пропустилъ впередъ Миру, Мардохей всталъ съ кресла, устремивъ пылающій взоръ на молодую дѣвушку. Она сдѣлала два шага и остановилась. Они молча посмотрѣли другъ на друга. Имъ казалось, что при этомъ свиданіи невидимо присутствуетъ ихъ любящая мать.
-- Эзра!-- сказала, наконецъ, Мира тѣмъ самымъ тономъ, которымъ она произносила это слово, разсказывая Мейрикамъ о матери и братѣ.
-- Это голосъ нашей матери!-- произнесъ Мардохей, подходя къ Мирѣ и нѣжно положивъ руку на ея плечо;-- ты помнишь? она меня такъ называла.
-- Да; а ты съ любовью отвѣчалъ "мама!",-- промолвила Мира и, обнявъ его, съ дѣтскимъ жаромъ поцѣловала его въ губы.
Мардохей былъ гораздо выше ея, и поэтому она должна была притянуть къ себѣ его голову, а сама приподняться на цыпочки; при этомъ ея шляпка свалилась, и ея кудри разсыпались во всѣ стороны.
-- Милая, милая головка!-- сказалъ Мардохей, съ любовью гладя волосы Миры.
-- Ты оченъ боленъ, Эзра?-- опросила Мира грустно.
-- Да, дитя мое, я недолго останусь съ тобою на этомъ свѣтѣ,-- спокойно отвѣтилъ онъ.
-- Я буду тебя очень любить и разскажу тебѣ все! я тебѣ должна такъ много разсказать!-- щебетала Мира;-- а ты меня научишь, какъ сдѣлаться хорошей еврейкой. Это ей будетъ по сердцу. Я постоянно буду проводить съ тобою свободное время, потому что остальное время я работаю и буду содержать насъ обоихъ. Ты не знаешь, какіе у меня чудесные друзья!
До этой минуты она совершенно забыла, что въ комнатѣ были посторонніе, но теперь она взглянула съ благодарностью на м-съ Мейрикъ и Деронду. Миссъ Мейрикъ не могла сдержать своего волненія при видѣ этой встрѣчи двухъ любящихъ сердецъ. Она тотчасъ-же внутренне перенесла свою материнскую любовь съ Миры на ея брата.
-- Посмотри на эту прекрасную женщину!-- продолжала Мира: я была несчастна и одинока; она мнѣ вѣрила и обращалась со мною, какъ съ дочерью. Пожалуйста, дайте вашу руку брату,-- прибавила она нѣжно, взяла руку м-съ Мейрикъ и, соединивъ ее съ рукою Мардохея, поднесла ихъ къ своимъ губамъ.
-- Провидѣніе послало васъ моей сестрѣ,-- сказалъ Мардохей;-- вы исполнили то, о чемъ всегда молилась наша мать.
-- Я думаю, что намъ лучше теперь уйти,-- промолвилъ вполголоса Деронда, дотрагиваясь рукою до плеча м-съ Мейрикъ, которая тотчасъ-же послѣдовала за нимъ.
Онъ боялся, чтобы Мира не стала при немъ разсказывать, какъ онъ спасъ ее, что онъ старательно скрывалъ отъ Мардохея; кромѣ того, теперь, увидавъ первую встрѣчу брата съ сестрою,-- онъ уже болѣе не боялся оставить ихъ наединѣ.