— Несмотря па характеръ этого человѣка? Каковы бы ни были обстоятельства? Должна ли она это сдѣлать, когда ей не совѣтуютъ ея друзья? Если такой бракъ будетъ неблагоразуменъ?
— Благоразуміе можно преувеличить, сказала лэди Лора.
— Это правда. Конечно, благоразуміе преувеличивается, если женщина выходитъ замужъ изъ благоразумія, а не по любви.
Вайолетъ не имѣла намѣренія этими словами нападать на свою пріятельницу — она даже не думала въ эту минуту о благоразуміи, заставившемъ Лору выйти за Кеннеди; но Лора тотчасъ почувствовала, что въ нее была брошена стрѣла, уязвившая ее.
— Мы ничего не выиграемъ, сказала она: — если дойдемъ до личностей другъ противъ друга.
— У меня не было этого въ виду, Лора.
— Я полагаю, что всегда трудно, сказала лэди Лора: — судить о мысляхъ другого. Если я сказала что-нибудь суровое о вашемъ отказѣ моему брату, я беру это назадъ. Я только желаю, чтобы могло быть иначе.
Когда лордъ Чильтернъ вышелъ изъ дома сестры, онъ отправился по грязи и слякоти въ одну таверну, которую часто посѣщалъ, по близости Ковентгардена, и тамъ оставался цѣлый день и вечеръ. Къ нему пришелъ какой-то капитанъ Клёттербукъ и обѣдалъ вмѣстѣ съ нимъ. Онъ ничего не говорилъ капитану Клёттербуку о своемъ горѣ, по капитанъ могъ примѣтить, что онъ былъ огорченъ.
— Выпьемъ еще бутылку шампанскаго, сказалъ капитанъ, когда обѣдъ почти кончился: — только шампанское можетъ оживить унылый духъ.
— Спросите что хотите, сказалъ лордъ Чильтернъ: — но я выпью грогъ.